Контракт для Феникса

– Хочу тебя нарисовать, – прошептал он мне в губы, на мгновение прекратив обжигающий поцелуй.

– Обнажённой? – хихикнула я и слегка вздрогнула, когда одним плавным движением, без лишней подготовки, Оливер вошёл в меня.

Сладко и вкусно, горячо и в тоже время нежно.

Моё тело тут же подстроилось под его неспешный, завораживающий ритм. А я лишь могла вздыхать и ахать, наслаждаясь каждым мгновением желанной близости.

– Да, именно обнажённой. С твоим неповторимым глубоким взглядом карих глаз, что сейчас заволокло поволокой страсти, со слегка прикушенной губой. Ты так эротично это делаешь, пытаясь сдержать стоны. С лёгким румянцем на щеках… Жаль картина не может передать твои сладкие стоны, когда ты достигаешь наслаждения, – Оливер слегка приподнялся на локтях, не сводя с меня обжигающего взгляда голубых глаз и ускоряя ритм движений.

И этот взгляд вкупе с резким движением его плоти внутри меня и бархатистыми нотками голоса за пару минут довёл меня до наивысшей точки. Огонь страсти ярко вспыхнул в внизу живота и лавой растёкся по венам, заставляя меня выгнуться дугой в его руках и задрожать от непередаваемых ощущений.

Сердце колотилось как сумасшедшее, а я только могла жадно глотать воздух, считая звёзды, что мелькали перед моими глазами.

По-другому просто не скажешь!!!

И как мы могли себя этого лишить?

– Стейси, – прохрипел мужчина, наращивая движение бёдер, и с глухим рыком вдавливая меня в постель, сотрясаясь мелкой дрожью.

И тут же на меня обрушался аромат его страсти – терпкий запах акварели и чистой бумаги, вкус мяты с нотками цитруса. Его личный вкус и запах.

Сущность внутри меня слегка шевельнулась, пытаясь впитать в себя хоть что-то. Обжорка, наелась ведь до отвала, а всё равно своё не упустит.

Оливер перекатился и упал рядом, тяжело дыша, рассматривая белоснежный потолок.

– Да, – я сказала это совершенно спокойно, резво поднимаясь с постели, пока мужчина не попытался затащить меня в неё вновь. – Мне пора.

Я быстро надела трусики, подняла с кресла кружевной бюстик и только потом повернулась к нему. Мне нельзя привязываться. Совсем нельзя. И пусть почти полгода я живу в мире и спокойствии, пусть всё более-менее наладилось. Мне нельзя привыкать и расслабляться. Это может плохо кончиться. Но и отказать этому симпатичному мужчине с голубыми глазами, длинными ресницами и светло-русыми волнистыми волосами, что были несколько длиннее, чем предписано модой, тоже не могла.

– Ты же хотел написать мой портрет, – улыбнулась я, быстро застёгивая бюстгальтер и наклоняясь чтобы поднять юбку.

– Хочу, – совершенно серьёзно ответил он. – Очень хочу.

– Значит, обязательно встретимся.

– Ты не останешься позавтракать?

– Не могу. Меня ждут дети, скоро урок.

Молчание внезапно стало таким неловким.