Конструктор (СИ)

Вам слесарям золотые руки нужны, а у нас — голова в первую голову. Самолет правильно собрать — не деталь по чертежу выточить.

— Думаете? — удивленно-задумчиво переспросил отец у начальника сборщиков.

— Знаю!

— Ну… может и так. Но я же за него в ответе. Да и Митрофан Иваныч что скажет?

— Я с ним поговорю. Но такие кадры нам нужны! И Борю этого тоже взять можно. Толковые мальцы растут.

Тут мы закончили, и я торжественно замкнул цепь.

— Пшшш. пшшш… — раздались хрипы из динамика.

Боря сразу кинулся крутить колесико на конденсаторе.

— Пшп. пшш… хрр. аши. пш. строители доблестно трудятся, чтобы обеспечить советский народ жильем, — пошел наконец внятный звук из приемника.

— Ура! — закричал первым и зааплодировал нам Иван.

Там и остальные мужики его поддержали.

— Были бы вы постарше, можно было и отметить первый успех, — добродушно посмеялся монтер Васильич.

— Ты мне сына не спаивай, — тут же одернул его мой отец. И уже Михаилу Александровичу, — я поговорю с Митрофаном Ивановичем. Может действительно Сергуне у вас будет лучше.

Уже через две недели мое рабочее место на заводе поменялось. Вместо работы с токарными и фрезерными станками, я стал осваивать нелегкий труд сборщика. Правда и здесь моя роль осталась прежней — в качестве разнорабочего. Зато сменились инструменты, и пошли новые знания. Гораздо более потребные мне для дальнейшего создания собственных гаджетов. Борю тоже не забыли. Что еще теснее сдружило нас на почве совместной работы.

Созданный нами радиоприемник «переехал» из цеха завода в наш барак. Что тут же подняло мой авторитет среди его жителей. Из «мальца пока еще несмышленого» я вырос до «сообразительного и перспективного малого». Да еще и приносящего пользу обществу, что ценилось на порядок выше, чем просто «сообразительный». Тот же дед Демьян теперь стал считать не зазорным со мной за руку здороваться, как со взрослым. А это для него показатель. Раньше-то чаще я от него слышал, что меня порют мало.

В цеху вскоре оценили не только нашу с Борей сообразительность, но и возможность залезть в узкие места самолета, куда взрослому не подлезть при всем желании. Это оказалось полезным, когда нужно было достать какую-то улетевшую при монтаже и закатившуюся деталь, или прохудившееся дерево клеем промазать с внутренней стороны."

"Потихоньку я стал осваивать устройство самолетов. Обычно это были бипланы — самолеты с двумя рядами крыльев, соединенные поперечными рейками. Хотя встречались и монопланы, и даже экзотика — трипланы. Количество моторов на них тоже разнилось. От одного и до четырех, бывало даже шести.

В школе дела тоже шли хорошо. Настолько, что не только Яков Моисеевич принялся давать мне программу старших классов, но и другие учителя переняли его метод.