Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

Стой на мэсте.

Он вытащил гранату и вставил чеку на место.

— Встать оба!

Они медленно поднялись.

— Вы оба трусы! Пошли и нашли свое оружие! Без него лучше сюда не возвращайтесь! — жестко крикнул я.

Все напряжение, которое скопилось у меня за это время, выплеснулось на них. «Сверкай» покраснел и потянул «Калфа» к выходу. Он служил в 2004-м в Чечне, в ГРУшной бригаде.

Я был уверен, что он опытный боец, на которого я могу положиться. Но страх победил их в первом же бою.

— Прости командир, — раздался слабый голос «Цистита». — Я не мог… ранило.

— Все хорошо. Лежи спокойно.

Вид «Цистита» погасил часть моего гнева:

— Сейчас все сделаем и поедешь на эвакуацию."

"Он закрыл глаза. «Бобо» что-то говорил ему на таджикском, и он кивал головой. Я осмотрел окровавленную повязку. Ему не вставили в рану гемостатический бинт, и кровь продолжала течь из раны. Мы разрезали старую повязку и осмотрели ее. Рваные края раны и сочащаяся оттуда кровь не давали разглядеть повреждение. Джура был не сильно большого роста, а сейчас он совсем скукожился и стал похож на подростка. Я напихал в рану как можно больше гемостатического бинта и туго забинтовал ему шею. Пока мы оказывали первую помощь, он бледнел и все меньше реагировал на происходящее. Кровь залила мне все руки, намочила рукава куртки и бронежилет.

— Джура? Джура!

Я тряс я его, но он еле слышно стонал и, в итоге, отключился.

— Тащите его к медикам!

«Цистит», который был выносливее мула, умирал на моих глазах. И у меня не было возможности спасти его.

«Зачем я вообще разрешил ему быть пулеметчиком? Такие люди не должны воевать и умирать! — мысли скакали в голове и натыкались на неизбежную правду войны: «Здесь все равны и нет любимчиков. Война — это хаос и никто, ни от чего не застрахован».

Я сидел на рации и каждые пять минут разговаривал с Женей, координируя их действия.

— Кофе будешь, «Констебль»? — спросил меня «Абакан».

Он нашел воду, вскипятил ее в кружке и засыпал туда несколько пачек растворимого кофе. Я пил его и курил сигарету за сигаретой. Мне казалось, что у Жени и его группы ничего не получится. Я слышал по рации очень интенсивный огонь со стороны противника.

В итоге, он с бойцами откатился назад, перегруппировался, и они разделилась по трое. Первая тройка, пользуясь темнотой, тихо поползла вперед. Две остальные прикрывали их огнем, создавая впечатление позиционного боя. Периодически один из бойцов отрабатывал по украинцам из гранатомета. В ответ ВСУшники стреляли из пулемета.

— Сдавайтесь, пидоры! — кричали украинцы.

— Сами вы пидоры! — кричали в ответ наши и продолжали стрелять, отвлекая противника.

В кромешной тьме Женя и три его бойца потихоньку подползли к окопам противника, максимально сблизившись с ними.