Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

Его руки и бронежилет были залиты свежей кровью, которая пропитала рукава и бушлат.

— Сам цел?

— Немного зацепило, — показывал он перетянутую жгутом руку.

Я смотрел на черный спальник, в который был завернут Серебруха, и пытался вспомнить, каким он был. Из-за разницы в возрасте близких отношений у нас не сложились. Говорить нам было не о чем, да он особо и не открывался. Единственное, что нас объединяло, это любовь к сладкому. Я постоянно менял у него шоколадки «Аленка» из своего пайка на печенье.

Женя повел «трехсотых» к «Трубам» — точке, от которой можно было добраться к заводу «Рехау». В его подвале был оборудован первый перевязочный пункт.

— «Констебль» — «Крапиве», — услышал я командира.

— На связи.

— Какого хера вы там топчитесь? Давай двигай быстрее вперед, — стал орать он. — Полдня вы там булки свои морщите. Когда ты будешь на точке?

— Командир, «Серебруха» «двести». Полгруппы его «размотало», — докладывал я, думая: «Ты же не видишь в реальности, что происходит!».

— Занимаюсь эвакуацией группы, — продолжал я доклад. — Дорога, по которой мы двигаемся, простреливается противником из пулеметов. С запада и северо-запада идет непрерывный огонь из крупного калибра.

— Ясно. Остатки группы забирай себе. И давай шустрее двигайся. Тебе нужно продвинуться вперед вдоль посадки строго на север. Там на перекрестке позиции, которые захватили наши соседи. Нужно их сменить. Доложишь о выполнении.

— Принято.

«Если тупо выполнять приказание и в ускоренном темпе вести отделение по открытой местности, нас срисует «птичка», и я потеряю половину людей. Нужно выполнить поставленную задачу и сохранить отделение!» — приказал я сам себе.

Короткими перебежками, чтобы не попасть под минометы, мы преодолели расстояние, не потеряв ни одного бойца. Нас встретила группа РВшников, которые брали этот укреп под руководством «Потопа».

Укреп «Перекресток»

— Привет, мужики. Долго вы… — сказал их командир и скептически оглядел меня и продолжил. — Мы выдвигаемся вперед на двести метров.

— Удачи!

Я чувствовал себя как мальчик, для которого взрослые мужчины захватили позицию, которую нужно посторожить.

Они выпрыгнули из окопа и растворились в сумерках. По их спокойствию и легкому пренебрежению к опасности было видно, что они, в отличие от нас, воюют давно."

"Огромный центральный блиндаж был соединен системой траншей с шестью блиндажами поменьше. Они были накрыты в три наката отборными бревнами и оборудованы внутри нарами, столами и лавками. В траншеях располагались пулеметные гнезда, в одном из которых стоял аналог нашего «Утеса» — трофейный крупнокалиберный пулемет «Браунинг».