Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

И поэтому решил действовать по обстоятельствам.

— «Констебль», — вышел на меня по рации «Ньютон», когда я уже подъезжал к «Аиду». — Мы их вывели, но в процессе… снайпер застрелил нашего парня.

— Сука. А мирные?

— Все живы. На базе сидят. Ждут, что дальше.

— Мужчин досматривали?

— Да. Следов от броников и автомата на теле нет. Они тут все родственники, так что шпионов среди них нет.

Первой, кого я увидел, была женщина лет шестидесяти с короткой стрижкой. Она была небольшого роста, с простым славянским лицом и голубыми, почти прозрачными, глазами.

— Здравствуйте, — просто сказала она. — Это вас мы ждем, чтобы нас отправили дальше?

— Доброй ночи, — сказал я и запнулся от нахлынувших чувств. — Видимо, меня. Я командир «Вагнера».

К нам стали подходить все оставшиеся мирные. Тут были девушки, взрослые мужчины с женщинами и маленькие дети, закутанные, как луковицы, в одежду, одетую одна на другую. Они все смотрели на меня и ждали, что я решу. Я на автомате залез в карман, достал оттуда яблоко и протянул девочки лет шести, которая стояла впереди своей мамы — молодой и красивой женщины с волосами, собранными в узел.

— Держи, — сказал я и протянул ей свое яблоко.

Она оглянулась на мать. Та кивнула ей, и она взяла яблоко.

— Спасибо.

Володино я отдал пареньку примерно такого же возраста, который смотрел на яблоко девочки. Хотелось выть от тоски, злости и других эмоций, которые раздирали меня изнутри."

"Эти люди потеряли все. Всю свою прошлую жизнь со всем своим имуществом. Я не представлял, что ждало их впереди. Как они выжили в этом аду, когда вокруг все летит, взрывается и стреляет. Почему ВСУшники не эвакуировали их в глубь страны. У них было полно времени сделать это. Чтобы не чувствовать этого, я выпустил на волю вояку.

— Для вас все плохое закончилось! — сказал я и встретился глазами со взглядом женщины, которую я увидел первой. — Мы сделаем все, чтобы этой ночью вы оказались в безопасности. Первыми мы отправим мам с детьми. Вас накормили?

— Да. Ребята поделились пайками. И тут уже угостили нас кофе.

— Почему вы не ушли? — задал я, не выдержав, вопрос женщине.

— А куда мы пойдем?! У нас тут все. И дома, и хозяйство. Это наша Родина, сынок. — сказала она и посмотрела на меня. — Ой, простите. Вы же командир, а я к вам «сынок».

— Да ничего. Это нормально, — чтобы не включаться эмоционально, я продолжал выдерживать тон делового общения. — Не знаете, в каких домах солдаты противника?

— Украинские солдаты? — спросила она и улыбнулась. — Нет. Мы же в подвале сидели. Мы мирные.

— А наемников встречали? Кто не по-русски говорит?

— Грузины были, — включился в наш разговор мужчина. — Но это я их в центре видел, давно уже.

Разбив их по четыре человека, мы вывезли их в Зайцево и передали в штаб.