Константа

Юра кратко переговорил с каким-то худощавым мужиком, возникшим рядом с ним, и подтолкнул меня к нему, одновременно приказывая тому отвезти меня на конспиративную квартиру. Несколько шагов до тонированного внедорожника чуть поодаль и мои ледяные пальцы потянули хром ручки задней двери. В салон не села, скорее упала, едва успев убрать ногу, когда за мной захлопывали дверь, чтобы через пару секунд сесть за руль.

Я не сразу поняла, что в машине не только я и водитель, что со мной рядом… то, что и человеком назвать сложно. Рванула к двери, но тихий голос Яна, выкладывающего пистолет себе на бедро, сжимая рукоять, ровно оповестил:

— Не нужно. Ты же не хочешь сейчас добить Костю своей смертью?

Смотрела в ровный, четкий в полумраке профиль Яна, глядящего в тонированное лобовое, пока автомобиль без особых церемоний разворачивался на дороге. Он улыбнулся уголком губ и посмотрел мне в глаза. Несколько мгновений молчал, потом произнес:

— Хитрый маленький Дениска. Он хотел как лучше, а получилось… Неплохой парень, умный даже. — Вздохнул, приоткрывая окно и вынимая сигареты из переднего кармана джинс, одновременно перекидывая на переднее пассажирское рацию, которую я не заметила в его свободной от оружия руке. — Вот даже если бы его жена не была беременна, убивать все равно жалко было бы. А так бог с ним, пусть Костя заберет в качестве утешительного приза, все-таки трагедия у человека и крестная семья поредела. — В ровном голосе ни иронии, ни сарказма, ничего. Спокойный выдох дыма в приоткрытое окно и задумчивый взгляд на пролетающую за окном улицу.

— Что ты такое… — сквозь зубы сипло выдавила я. Только повела плечом к его бедру, не отпуская взглядом оружие, но остановилась когда Ян, не глядя на меня, снял пистолет с предохранителя и тверже сжал рукоять.

— Ничто. — Выдохнул в дым, поворачивая лицо ко мне и невесело усмехнувшись. — Мразь, с ампутированной душой, Женя. Не встречала еще таких? А нас много.

Отвела взгляд себе в разбитые колени, сцепляя на нах дрожащие руки и с силой сжимая челюсть. Сердце билось не ускоренно, но тяжело, а в голове так не вовремя полная пустота и вязкость. Ехали долго по ночным почти пустым улицы. На очередном светофоре, даже не надеясь, дернула ручку двери. Заблокирована. Фырканье Яна и мой почти подавленный мрачный смешок одновременно.

Заехали в какой-то безликий двор, остановились рядом с немолодым тонированным Опелем. Сначала вышел Ян, только потом меня вытащили из машины. Лысый. Старый знакомый с непроницаемым лицом зашвырнул меня на заднее сидение седана, заставив налететь на уже сидящего в салоне Яна, от которого я отдернулась, как ошпаренная. Да не как. Кожу плеча и руки, уперешейся в его бок, когда меня закинули в машину, действительно жгло.