Константа

 — И третье?

— Любовь к путешествиям, игра слов: Коста-Рика?

Отрицательно повел головой. Немного помолчал. Отвел взгляд от моих глаз и негромко, спокойно и чуть отстраненно:

— Рика это приток Тисы. Реки такие в Закарпатской Украине.

Тиса, значит.

В памяти всплыл совсем недавний диалог Кости и Стаса на кухне. Костя, задумчиво наблюдая за своими расслабленными пальцами, неторопливо и аккуратно перебирал мои пряди и молчал, а я анализировала. Кирилл, обувавший Таню, тоже говорил на украинском. Они братья.

— Ты украинец? — поразмыслив, но так и не найдя деликатного аналога развить диалог, издалека начала я.

— Наполовину, — улыбка по губам. Оценил. Естественно, он слишком умен, чтобы не понять. Снова тишина в длительные несколько секунд, когда в переходящем золоте глаз взвешивание, а стоит ли. Перевел на меня взгляд. Я не знаю, как именно и насколько явно отразилось то, что я внутри вопила — не хочешь не нужно. Костя, усмехнувшись и снова начав перебирать волосы, продолжил, — родился и вырос в Киеве. Мы с Киром двоюродные по матери. Их шестеро, Кир и пять сестер, а я у мамы адын, совсем адын. — Огладил скулу пальцем, когда я вспоминала его слова о пяти сестрах, прежде чем мы пошли в магазин косметики. Думала, родных, однако, взглянув в тень иронии в янтаре глаз, поняла, насколько для него кровная связь несущественна. Родство, оно ведь не всегда на линии крови завязано. Эхом в мыслях слова Стаса «Анохинская крестная семья». Он семью не кровью определяет… — Меня воспитывали в основном бабушка с дедушкой, мама работала. Отец… я его почти не знал, они разошлись с мамой, когда мне три или два было, я плохо помню, эйдетическая память несовершенна. Особенно с возрастом. Мама переехала к бабушке с дедушкой и воспитывали меня в основном они, потому что она работала. Дедушки не стало, когда мне было семь, а через несколько лет не стало родного отца Кирилла и девочек. Потом мать Кира сошлась с каким-то наркоманом. Преследовала благую цель — со мной он точно бросит и в результате, как это зачастую и бывает, подсели оба. Сгорали быстро, она особенно. Мама… отпиздила ее. Не избила, а именно отпиздила свою старшую сестру и забрала Кира с девочками. Через некоторое время добилась лишения сестры родительских прав, и они с бабушкой оформили опекунство и усыновление с удочерением. Там тяжело было, нам жилплощадь по закону не позволяла, да и… много было проблем, но упертый я не просто так, это наследственное. — Мягко улыбнулся, когда я, якобы устраиваясь удобнее, плотнее накинула на него плед. — По итогу я, Кир, девочки и мама с бабушкой все-таки стали жить вместе. Бабушка тоже вышла на работу, все-таки орава такая. Мы с Киром погодки, все остальные младше. Жили не хорошо и не плохо, как все.