Конкурс неприятностей

 – Плетешь такие коротенькие косички и фиксируешь их резиночками, я в одном магазинчике видел как раз в тон. И еще челочку наверх поднять!

Так, я не хочу, чтоб меня видели с этими людьми!"

"Незнакомый мужик заржал… (блин, пора уже отучиться употреблять это слово на конюшне, а то все сразу начинают искать лошадь!) и распахнул дверь. В проеме нарисовался Колька… с трудом балансирующий на одной ноге. На вторую накачанную, перевитую узлами мышц ножищу он сосредоточенно натягивал… черную конскую ногавку. Рядом Олег с интересом крутил такой же черный новенький вальтрап.

– Хороший набор, особенно если со скидкой, – разглядывая эту «картину маслом», кивнул мужик и даже пощупал вальтрап. – Только рано вам думать, как коня перед соревнованием начесывать, – вы ж дальше строевой рыси не продвинулись! Девчонки вам лошадок поседлали – чтоб через пять минут все трое были на поле!

Я влетел мимо него в седловую и захлопнул за собой дверь.

– Две ногавки ты на свои ноги напялишь… конь недоделанный… – прорычал я. – А еще две куда – на руки?

– У Олежки еще две одолжу, – смущенно стаскивая ногавку, пробурчал Колян. – Хорошие ж вещи, надо примерить…

– Ага, вдруг велики окажутся… жеребцу, – закивал я. – Парни, вы офонарели? Вот что мужик про вас подумал?

– Да ла-анна-а тебе, кэп! – вклинился Олежка. – Все мужик понял, тоже ведь конник.

– Тоже? А кто еще? – старательно изумился я. Эти двое вообще ни фига не делают! Одному Лидка не нравится, а второму Ольга, наоборот, нравилась… и теперь он весь в растрепанных чувствах по поводу ее исчезновения.

– Быстро шуруйте в конюшню, а то девки нам устроят!

– Как тебя твоя Саша построила… не, взнуздала! – протянул Колян.

– И заседлала! – многозначительно поиграл бровями Олег.

– А не пошли бы вы оба…

– Да-да, в конюшню!

– Ничего она не моя! – пробурчал я вслед наглой парочке. Хотя раз со мной занимается – значит, моя. В какой-то мере… Ровно как Топаз – мой конь.

Настроение почему-то сразу испортилось. Впрочем, знаю почему: сейчас Сашка опять начнет мне вкручивать, какой я тупой, ничего не умею и делать не хочу… Я свернул к деннику Топаза, ребята отвалили на другую сторону конюшни, откуда немедленно донеслись скандальные вопли Лиды. Фиг с ней, меня моя лошадь ждет… и девушка тоже…

Саши в конюшне не было, только стоял на развязке полностью снаряженный Топаз. А вдруг она заболела после того раза? Или просто на поле ждет? Издеваться будет: типа, сам доехать не можешь? Я поглядел на коня. В ответном взгляде Топаза было явное ехидство – в этой конюшне надо мной издеваются все!

Я боюсь лошадей.