«Конкурс комплиментов» и другие рассказы от первого лица (сборник)

Через несколько дней на дискотеке в общежитии пригласил меня на медленный танец:

– Не откажете умственно отсталому дебилу?

– Только слюни не пускать и на ноги не наступать! – рассмеялась я.

Неделю мы с ним подшучивали друг над другом, а на вторую уже страстно целовались. Познакомились на втором курсе, на третьем – расписались. Деваться нам было решительно некуда: я жила в общежитии, у Игоря в маленькой двухкомнатной ютились родители, младшая сестра и старенькая бабушка. Ни моя мама, скромная учительница в городе Льгове Курской области, ни родители Игоря не могли нам сделать подарка, вроде ежемесячного взноса за снимаемую комнату. Они – прекрасные люди и потому, наверное, не богаты и не чванливы.

Игорь устроился дворником – за комнату в полуподвале и зарплату размером в две стипендии. По утрам или поздно ночью мы мели с ним двор, сгребали снег, кололи лед. Часто нам помогали друзья – быстрее закончим и загудим в дворницкой. Это было чудесное время, как припев в хорошей песне, – долгий веселый припев без нудных куплетов. В полуподвале, кроме нас с Игорем, жили еще два дворника, оба – алкоголики: тетя Ира и дядя Юра. Пили они тихо и постоянно, к нашим буйным компаниям относились благосклонно. Тетя Ира пекла на всех пироги с капустой, а дядя Петя, сидя в углу, слушая наши споры о литературе, искусстве, политике, о будущем энергетики, бормотал: «Слова русские, а ни бельмеса не понимаю»."

"После института мы уехали в далекий сибирский город, где построили и запускали теплоэлектростанцию. Производственных проблем было столько, что, казалось, немыслимо их разрешить, и «Луша» никогда не выдавит из себя ни киловатта электроэнергии. «Лушей» мы звали станцию. В честь жены директора, отличного дядьки, который одинаково проникновенно говорил: «Моя супруга Луша…» и «Наша вверенная в руководство станция…». Когда «Луша»-станция все-таки вышла на проектное напряжение, мы испытывали такое ликование, словно не электричество бежало по проводам, а наша собственная кровь.

В Сибири мы проработали пять лет и заработали на комнату в московской коммуналке. Но комната оказалась перспективной – через некоторое время большую квартиру расселили, и мы получили крохотную двухкомнатную. Родилась долгожданная дочка. Игорь настоял, чтобы назвать ее Татьянкой, как и меня. Я сопротивлялась: зачем всех под одну гребенку? Но Игорь говорил, что краше этого имени быть не может.

В общем-то, мы были простой средней семьей. Так и сказал небрежно наш приятель, выбившийся в бизнесмены:

– Гляжу на вас, как вы тихо топаете к нищей государственной пенсии, – шаг вперед, два шага назад. Средний класс средних обывателей.