Конкистадоры

Как стало понятно из окончания разговора, директор ресторанного бизнеса только что получил разрешение на открытие казино, ресторанов, кабаре и прочих заведений по добровольному отбору денег у населения. Саше и Вове оставалось поплакаться — служители культа за свое согласие получат десятину. Грабеж! За что? Довольный француз поклонился хозяевам и побежал заниматься делами. Если рядом намывают тонны золота и выкапывают десятки килограммов прекрасных изумрудов, то игорный бизнес и ночные клубы просто обязаны собирать свою долю добычи. Только при чем здесь церковь? За что надо отдавать десятину своей прибыли? А придется, таковы реалии современной жизни. Следующая тема заставила близнецов встрепенуться: Филофей и Филарет предложили испанским коллегам начать службу на испанском языке. Ни слова о канонах православной церкви, зато отцы-искусители гарантировали неприкосновенность церковных сборов. Кто-либо возразил? А то! Деньги-то не надо пересылать в Ватикан! Возвращение католиков под ортодоксальное крыло произошло в три минуты.

Епископ и священники благочестиво распрощались с Филофеем и Филаретом, осенили близнецов крестным знамением и вышли из кабинета.

— С чем пожаловали, отроки? — строго спросил отец Филофей.

— Как судить людей? — спросил Саша.

Священников на некоторое время охватила оторопь, затем оба начали багроветь, и юноши поняли, что попались.

— О «Соборном уложении» забыли? — грозно спросил отец Филарет.

— Как я могу о нем забыть, если никогда не видел? — с вызовом ответил Вова.

— Как это не видел? — растерялся священник. — Его каждый холоп знает.

— Так дайте нам этого холопа, запишем и опубликуем для местного люда.

— Берите. — Отец Филофей указал на книжный шкаф, где аккуратными рядами стояли рукописные книги.

Братья от удивления открыли рты, они как-то не интересовались багажом прибывших монахов.

— Что вас интересует? — заметив замешательство, спросил отец Филарет.

— Наказание за оскорбление словом, — ответил Саша.

— Против бояр, воевод и приказных людей — смерть без пощады, — ответил Филарет. — За бесчестье крестьянина — два рубля, гулящего человека — рубль, дворянина — до ста рублей.

Мда, двадцать пять томов древнего русского права с полной регламентацией следствия и судопроизводства, включая размер судебной пошлины, этого им никогда не осилить.

— О чем задумались, бояре? — спросил отец Филофей.

— Нужны перевод и типография, — ответил Саша.

— Для новых земель нужна не типография, а приказные люди, пишите государю челобитную.

— У вас писарь есть, пусть и пишет.

— А вам недосуг делом заняться? — снова осерчал отец Филарет."

"— Торговый караван купцы собирают, а дорогу в Колу или Холмогоры никто не знает.