До кончиков пальцев

Лишь в кровати, любуясь её красивым обнажённым телом, Артём ненадолго оторвался от неё, но Ксюша тут же требовательно притянула его к себе, умирая от желания соединиться. Он тихо усмехнулся, прошептав ей нежно «не спеши», и продолжил ласкать её податливое и трепещущее от его прикосновений тело…

Ему нравилось, что она не стеснялась его и позволяла смотреть и прикасаться везде. Ему нравилось, как она реагировала на эти прикосновения, как она тихо постанывала, закусив нижнюю губу… Ему нравилось, как в полумраке комнаты сверкали её глаза от возбуждения и счастья, когда она приоткрывала их… Он впитывал в себя каждую деталь, каждую мелочь его неповторимой новой Ксюши.

— Я хочу тебя, — застонала она, и он сам, сгорая от желания, перестал растягивать удовольствие и соединился с ней в безумном танце страсти и любви…

Артём лёг рядом с Ксюшей и закрыл глаза. Он подумал о том, что любовь превращает обычный секс во что-то большее, во что-то невероятное. Она заставляет думать не только о себе, ты хочешь подарить любимой всю палитру невероятных ощущений, и от этого получаешь гораздо больше просто потому, что она делает для тебя то же самое… За пять лет разлуки он уже забыл, как это — заниматься любовью…

Он повернулся на бок, посмотрел на её милое раскрасневшееся лицо и поцеловал в щёку.

— Это было невероятно!

Она смущённо улыбнулась, смотря на него сияющими глазами, и он узнал в девушке напротив свою прежнюю Ксюшу.

— Ты такая и не такая, — задумчиво произнёс он.

— Я такая… но только с тобой… — тихо сказала она и, повернувшись к нему, стала внимательно рассматривать его лицо.

— Ты тоже изменился… — констатировала она, проведя пальчиком по тоненькой морщинке между его бровей.

— Постарел?! — смеясь, спросил он.

Она замотала головой.

— Нет.

И, смущаясь, добавила:

— Ты стал взрослее и ещё красивее…

Ксюша придвинулась ближе, и он лёг на спину, позволяя ей лечь себе под мышку. Она инстинктивно желала чувствовать его своей кожей, чтобы до конца осознать, что это происходит в действительности, а не мерещится и не снится ей. Они долго лежали молча, наслаждаясь близостью друг друга и не думая больше ни о чём, пока она, вскочив в кровати, не провозгласила:

— Тёма, у тебя же сегодня день рождения!

Он улыбнулся, смотря в её огромные сияющие глаза на взволнованном лице.

— Ты помнишь?!

— Да, — воскликнула она и помрачнела, вспомнив тот праздник в доме его родителей, что приготовила для него, и то, что случилось после, но не отвела глаза.

Он внимательно смотрел в них, и она почувствовала, что он тоже вспомнил тот день, когда они расстались.

— У меня ничего не было с Андреем! — решительно заявила она. — Ни тогда, ни до, ни после.