До кончиков пальцев

Артём проснулся утром с жуткой головной болью. Он запустил руки в волосы и слегка помассировал голову. Ужасно хотелось пить, и он собрался встать с кровати, но увидел рядом с собой спящую голую Кристину. Он схватил её за плечо и потряс.

— Что такое! — услышал он её недовольный сонный голос.

— Что ты здесь делаешь?! — сердито спросил он."

"— Сплю, — зевая, ответила девушка. — Ты что, совсем ничего не помнишь?!

— Что я должен помнить?!

— Как мы вчера занимались любовью на этой кровати… — наслаждаясь каждым произнесённым словом, с улыбкой сообщила она.

— Что за бред! Ничего не было!

Она села в кровати и довольно улыбнулась.

— Запомни этот день, чтобы потом, если я вдруг забеременею, ты не отнекивался от своего ребёнка!

— Кристина, что ты несёшь! — возмутился он и, встав с кровати, накинул халат.

— Просто я хотела тебе напомнить, что мы не предохранялись.

— Вставай, одевайся и уходи! Я не верю ни одному твоему слову. Я прекрасно помню, как ты приставала ко мне и я тебя выгнал, — начал закипать он.

Она надула губы, встала с кровати и, подойдя к нему, ничего не надев на себя, возразила:

— Это было утром, а вечером ты передумал.

Он подошёл к двери, открыл её и показал ей на выход.

— Уходи! У меня и так голова болит, а тут ты со своими бреднями.

Она недовольно посмотрела на него, собрала свои вещи и, накинув халат, вышла, ещё раз сказав уже в дверях:

— Запомни этот день!

Когда-нибудь каждый из нас понимает, что идеальных людей не существует… Все мы совершаем ошибки, и главное — понять, почему так сделал человек, — в силу давящих обстоятельств или ему просто всё равно, что будешь чувствовать ты. И если он ошибся, если он сделал это не со зла, по глупости и если он любит тебя, то надо найти в себе силы и мужество простить его и дать ему второй шанс, внушала всю лекцию сестре Катя и, уже прощаясь с ней у дверей института, настойчиво произнесла:

— Пока не поздно, говорите друг другу то, что чувствуете!

Девушка вздохнула и кивнула. Та обняла её, поцеловала в щёку и пошла в машину, которую прислал за ней Юрий. Ксюша осталась одна. На сердце было ужасно тоскливо, да и погода на улице со своим серым, хмурым небом и моросящим дождем ещё больше вызывала грусть. Она не знала, что ей делать. Не знала, где найти то мужество, чтобы простить ему его измену, но она понимала, что никто и никогда не встречает свою половину дважды, её и один-то раз не все находят. Она знала, что без него потеряется весь смысл жизни. Она вспомнила два летних месяца, когда жила с мыслью, что он разбился, и явственно ощутила дрожь, пробежавшую по телу.