Кому верить?

Не смотря на теплейшие отношения со своим мужем, невестку «сдавать» она не собиралась. Андрэ был замечательным, но иногда из него можно было вытащить некую тайну сумев обвести «вокруг пальца». Ради задуманного будущего пришлось врать, ведь по легенде Ксения должна была предстать дальней родственницей со стороны жены, но пока девушка не выучит язык, будет слишком много не нужных вопросов.

-Софи, ты готова? Я сегодня еду с тобой. Я соскучился и если ты не сидишь дома, то твоими делами мы займёмся вместе.

-Красавчик, ну какие дела? Портнихи, ремонт загородного дома… всё скучные мелочи, - попыталась отмахнуться супруга, придавая голосу унылую утомлённость.

Маркиз ухмыльнулся. Раз Софи назвала его «красавчиком», значит точно надо ехать.

-Милая, мне с тобой никогда не скучно. К тому же мне тоже можно кое-что заказать у портного. Рубашки теперь шьют по новой моде, как у северян. Ты знала, что низ рубахи они не заправляют как мы, а носят навыпуск? Не хотелось бы упустить новшество. Да и за городом я давно не был, надо посмотреть, может имеет смысл старый дом вообще перестроить?

Женщина вздохнула. Андрэ не выпустит её из поля зрения. Когда он хотел тайно получать информацию о её затеях, тогда она с удовольствием водила его за нос, но когда муж изображая ленивость прицеплялся к ней как пиявка, то поделать было ничего уже нельзя. Столько лет вместе, многое пережили, немало сорились, Андрэ был всегда на её стороне. Всегда. Маркиза представляла своего супруга в виде огромной скалы, он же её в виде ветра. Ей муж казался тугодумом, тяжелым на подъем, слишком основательным и любящим постоянство. Ему жена представлялась чересчур увлекающейся особой, переменчивой, не вникающей в самую суть проблем. Он не умалял достоинства своей жены. Считал её умной, образованной, но немного мудрости ей не повредило бы, делать выводы из своих ошибок его жена не успевала, так как увлекалась новыми проектами, делами, проблемами. И всё же, пара их была гармонична. Софи давно научилась чувствовать, когда мужу лучше уступить, согласиться с ним. Поэтому сейчас, она состроив сострадательно-жалостливое вкупе с милосердием выражение лица, приступила к рассказу о несчастной девочке.

-Ох, такая история! Такая печаль! – горестно воскликнула она. И в течении следующего получаса маркиз Орис выслушивал путанную родословную своей супруги, где фигурировали так же воспитанницы и незаконнорожденные, но позже признанные члены семьи, только для того, чтобы понять, что неучтённая в нынешнем реестре родственница могла появиться вполне. Да что там, целый табун сородичей мог неожиданно выплыть.