Кому верить?

А что тут скажешь? Стоит только в спор включиться, как сразу докажут, что детям это лучше всего, что всё вообще на пользу делается.

-А как же убийства детей, о которых я слышала?

-Ксения, я говорил, что к нам присоединились другие народы. Они, выказав преданность, заслужили получить не только благословенные земли, но и настоящий титул с леди древних кровей, но как показала практика у них своё понимание наследования. Могу сказать только, что все они понесли наказание. Негласное, но понесли.

А что с теми несчастными кто попался на пути детоубийц? Сколько жадных мерзавцев поступило так же, не зная, что расплата придёт? Что толку спорить сидя в крошечном домике на краю света.

Так и жили. Потихоньку политических тем вообще перестали касаться. Говорили об искусстве, о обычаях, о образовании. Лейф подключился почти с первых дней к обучению ребят мужским премудростям.

В какой-то момент Ксения начала замечать оказываемые ей знаки мужского внимания со стороны Лейфа. Ненавязчивые, но дающие понять, что он заинтересован в ней как мужчина.

То остановит и слегка приобняв прижмётся щека к щеке, слегка скользя по ней, прикрыв глаза, то за ладошку поймает и коснётся губами, то ловко подкрадётся и в шею уткнётся носом, щекоча дыханием. Это было приятно и давало стимул следить за собой, не лениться лишний раз посмотреться в зеркало, последить за ногтями, помазаться маслом, смягчающим кожу.

И вот как-то Лейф заговорил о будущем.

-Ксения, ты же не собираешься всю жизнь сидеть в богом забытом месте?

-Нет конечно, но срываться пока дети малы, я не хочу, - женщина не отвлекаясь от шинкования овощей для супа, отвечала на неожиданные вопросы.

-Куда ты планировала податься?

-Уверенности нет, но может к русинам? Или на новые земли за океан? – отложив нож и повернувшись к пытающемуся склеить колесо от телеги Лейфу, Ксения вроде отвечала, но в тоже время и советовалась, спрашивала.

-Свои имения считаешь совсем потерянными? Не жалко? – сжимая крепко руками проклеенные части, северянин хотел понять, что ожидать от нравившейся ему женщины.

-Разве неправильно считаю? А насчет жалко или нет, бессмысленно говорить, - вскипела она и отвернувшись продолжила мельчить овощи.

-Возьмёшь ли ты меня, если надумаешь уходить? – слегка ухмыльнувшись на увиденную реакцию, сразу огорошил конкретным предложением.

-Неожиданно. Мы ведь больше сейчас живём одним днём, стараясь не заглядывать дальше. Скажу честно, я считаю тебя членом семьи, мы все притёрлись, нам хорошо вместе.

-Я тоже сроднился с вами, но, ни братом, ни дядюшкой быть не хочу. Я хочу разделить с тобой постель Ксения, хочу ребёнка от тебя.

Женщина замолчала. У них уже был разговор о семье, но отвлечённый. Лейф рассказывал о своей жизни.