Всем, кому должна, – прощаю, или От любви страховки нет!

– Я, может, и низкого происхождения, – почти по слогам выдохнула я, но заставила себя и прямо спину держать, и не реветь при этих бесстыжих надменных девушках. – Зато не хожу в старых платьях и не занимаю деньги. По мне лучше голодать, чем быть должником почти у всего города.

– Ах! – всплеснула руками младшая сестра Себастьяна.

– Какая невоспитанная!..

– Нахалка!..

Я не видела никого, перед глазами стоял туман из слез, хотелось сбежать от всех и вся. Так унизить меня – и за что? Подумаешь, титула нет, я ведь и красива, и по хозяйству отцу помогаю. Папа считает, что я должна знать как правильно вести счетоводные журналы, понимать, сколько и куда тратиться на содержание дома, чтобы в будущем меня не могла обмануть прислуга.

Я и сама не заметила, как убежала прочь. Ноги несли меня с немыслимой скоростью. Вновь и вновь в мозгу прокручивались злые слова и насмешки, от которых хотелось провалиться сквозь землю. Я бежала, кого-то даже толкнула, несколько раз споткнулась, чуть не порвав платье. Но даже не подумала остановиться. Прочь… домой, где я смогу вдоволь поплакать."

"Ржание лошади настигло меня слишком поздно. Люди спешили убраться с дороги конного отряда, лишь я одна заметила его в последний момент и застыла. Меня едва не затоптал вороной конь, всадник лишь чудом успел поставить его на дыбы, и копыто мелькнуло близ моей головы. От потока воздуха выбившиеся из прически пряди упали на лицо.

Я судорожно вдохнула. Единственная мысль, промелькнувшая в голове, была о том, как же будет плакать папа!

– Вы в порядке?

Всадник метнулся тенью, спешиваясь, и уже через секунду стоял возле меня, убирая рукой волосы от моих глаз. Я оцепенела, взглянув в его лицо. Вампир. Знатный, судя по дорогой коже перчаток и роскошной одежде. Уж в дорогих тканях я разбиралась.

– Я…

Взгляд метнулся по сторонам, но прохожие спешили убраться подальше. Никто не ругался, что едва не сшибли человека, не собрались любопытные, как это часто бывает. Даже ставни в близлежащих домах стали закрываться.

Хлоп… Хлоп… В какое-то мгновение я осознала, что осталась на улице одна. И они…

– Не плачь. Все хорошо, ты не пострадала, – произнес вампир.

Он так и продолжал стоять возмутительно близко и поглаживал кончиками пальцев меня по щеке.

Плачу?! Я забыла о причине своих слез. Я вообще обо всем забыла, придавленная силой его взгляда. И вроде выглядит как человек, но взглянешь в глаза и нутром понимаешь, что это нелюдь. Не бывает такой тьмы в глазах у людей. Жуткой до ужаса, пробирающей до костей.

Вспомнив о репутации вампиров, я опомнилась и отшатнулась, избегая его прикосновения.

– Я… в порядке, – хрипло выдавила из себя. – П-простите.

Голос дрогнул, когда он потянулся всем корпусом за мной, и шумно вдохнул, принюхиваясь.