Кому добавки? История выживания на орочьей кухне

В других кланах женщины могут заниматься домом, детьми, а у нас каждая должна уметь сражаться.

Я сидела ошеломлённая, пытаясь осмыслить услышанное. Магическая тюрьма, изоляция, зависимость от поставок… Всё это переворачивало с ног на голову мои представления об этом мире.

— И что теперь скажешь, человечка? — Гром подошёл ко мне вплотную, нависая как гора. — Всё ещё хочешь готовить для пленников? Или доложишь в столицу, что дикие орки слишком много о себе возомнили?

Зал затих. Все взгляды были прикованы ко мне, ожидая реакции. В глазах одних читалась надежда, в других — скептицизм, в третьих — открытый вызов.

Я медленно поднялась с лавки, чувствуя, как дрожат ноги. В голове крутились обрывки мыслей, эмоции клокотали, как кипящий котёл. Злость, отвращение, стыд за людей — всё смешалось в один ком.

— То, что сделали с вашим народом, — сказала я дрожащим от ярости голосом, — это чудовищно.

Гром скептически усмехнулся.

— Красивые слова. Но что они меняют?

— Ничего, — честно призналась я. — Я не могу разрушить барьер, не могу вернуть вам свободу. Я всего лишь кухарка. Но, пока я здесь, я буду готовить для вас лучшую еду, на какую способна. И если кто-то из торговцев или чиновников попытается вас унизить в моём присутствии, — добавила я, чувствуя, как в груди разгорается холодный огонёк, — я покажу им, что думаю об их поведении. Барьер разрушить не смогу, но мух напустить на мерзавца — это я умею.

По залу прокатился сдавленный смех. Кто-то из орков одобрительно зарычал.

— Добрые слова ты сказала, — подытожил Торг хрипло. — Спасибо за ужин, этот день важен для нас.

— Теперь я понимаю, — кивнула, поднимая кружку с необычным напитком, от которого немного кружилась голова, а по телу разливалось приятное тепло.

Праздничный ужин закончился в тёплой атмосфере. Орки позвали детей обратно, и те с восторгом набросились на оставшиеся вкусности Взрослые ещё долго сидели за столами, делясь воспоминаниями о лучших временах, рассказывая старые легенды, напевая печальные песни на родном языке. А я ходила между столами, подливая напитки и слушая их рассказы.

Теперь я понимала, почему здесь так мало женщин и детей, почему в их глазах всегда читалась такая усталость. Жить в магической тюрьме, зависеть от милости тех, кто тебя поработил — это сломало бы кого угодно.

Но не их. Они продолжали сражаться, защищать границы, растить детей. Продолжали надеяться на лучшее будущее. И теперь я поклялась себе, что сделаю всё возможное, чтобы эта надежда не была напрасной.

Глава 14"

"Утреннее солнце с трудом пробивалось сквозь затянутое серыми тучами небо, когда я проснулась от звука капель дождя, барабанящих по крыше. Голова всё ещё была тяжёлой, а в теле ощущалась странная слабость, которая не исчезла после ночного сна.