Компот из запретного плода

Я помолчала и осторожно спросила:

– Но я так поняла, что ваш золотой запас иссяк?

Евдокия кивнула.

– Увы, любой колодец имеет дно, последнее колечко сдала.

– Так откуда ожерелье?

Старушка сгорбилась.

– Некрасиво получилось. Но, пойми правильно, Мила растет, ей нужна хорошая одежда, еда, потом, девочка учится в институте, сама не зарабатывает. Вот… поэтому…

– Откуда ожерелье?

Евдокия повздыхала, поохала и наконец призналась:

– Нинель дала.

– Зачем? И как оно к ней попало?

– Ну… хорошо, расскажу, но ты, душенька, Сержу ни словечка. Нам перед ним стыдно будет, все нищета проклятая!

– Ладно, говорите.

Евдокия схватила край скатерти и, нервно заплетая бахрому в косички, начала:

– Мое золотишко исчерпалось, я приуныла и пошла к Нинель за советом.

На ум генеральше лезла всякая глупость. Может, продать большую квартиру, приобрести маленькую в спальном районе, а на полученную разницу ставить Милу на ноги? Или наняться нянькой в приличный дом?

Услыхав о планах подруги, Нинель покачала головой.

– Апартаменты – капитал, оставь их на крайний случай. В прислуги тебя никто не возьмет, возраст не тот, да и не справишься с обязанностями.

– Лифтершей сяду!

– Они гроши получают.

– В уборщицы наймусь.

– Не ерунди, – обозлилась Нинель, – найду выход!

Слегка повеселевшая Дуся поехала домой, она знала: Нинель Митрофановна сумеет придумать нечто замечательное, ведь лучшая подруга в сложной ситуации всегда приходила на помощь.

Так и вышло. Спустя неделю Нинель явилась к Бордюг и сказала:

– Серж знает, что ты все распродала?

– В общем, да, – кивнула Евдокия.

– Отнеси ему этот браслет, – велела Нинель.

– Какой красивый! – восхитилась Дуся.

– Верно, – согласилась Нинель, – жаль, не мой.

– А чей?

– Вот этого не скажу.

– Почему? – удивилась Евдокия. – Откуда он у тебя?

Нинель вытащила сигареты, закурила и, выпуская дым, сообщила:

– Серж ведь занимается продажей ювелирных изделий?

– Ну да, – подтвердила Дуся, – он мне очень помогал.

– И у него хорошая клиентура, – продолжила Нинель.

– Что ты говоришь! Значит, я не одна?

– Нет, конечно.

– Скажите, пожалуйста, – восхитилась Дуся, – экое доброе сердце у юноши!

– Доброта здесь ни при чем, – отрезала Никель, – Серж зарабатывает на комиссии.

– Это как?

– Берет колечко, продает за десять тысяч, а хозяйке отдает семь, остальное забирает себе.

– Не может быть!

– Почему? – пожала плечами Нинель.

– Это спекуляция!

– Дуся, – засмеялась подруга, – очнись, иные времена на дворе. Теперь это именуется коммерцией и весьма приветствуется. Сержу ведь жить надо.

– Он художник!

– Бог мой! Малюет никому не нужные картины.

– И скульптор!

– Еще хуже, – захихикала Нинель, – сними розовые очки.