Комплекс хорошей девочки

Хладнокровная до мозга костей.

Честно говоря, и поделом мне. Я пошел на это с дурными намерениями, использовал ее, чтобы отомстить Кинкейду.

Карма та еще сука.

Я насильно выталкиваю ее образ из головы и десять минут спустя паркуюсь радом с набережной. Тату-салон пуст, когда я вхожу внутрь. За стойкой сидит только Уайет, склонившись над блокнотом для эскизов.

– Здорово, – приветствует он меня, и его лицо озаряется.

– Привет. Можно к тебе без записи?"

"Уайет делал мне татуировки с тех пор, как я был шестнадцатилетним панком, который просил себе надгробную плиту на левый бицепс. Конечно, в то время он был всего на год старше и работал с взятым в ломбарде тату-пистолетом, так что моя первая татуировка не была шедевром. Если у меня будут дети, первое, что я им скажу, – никогда не позволяйте вашим тупым друзьям-подросткам вонзать иглы в вашу плоть. К счастью, в итоге все обошлось. Уайет годами оттачивал свое мастерство и теперь совместно с другим художником руководит этим салоном, а моя дерьмовая надгробная плита искусно перевоплотилась в полный рукав с изображением залитого водой кладбища посреди разбивающихся волн залива Авалон.

– Зависит от того, что тебе нужно, – говорит Уайет.

– Хочу кое-что простое, маленькое. Якорь. – Я провожу кончиками пальцев по затылку. – Вот тут.

– Какой именно якорь? Якорь Холла[41]? Адмиралтейский[42]?

Я вообще не разбираюсь в этой теме, поэтому закатываю глаза.

– Какого хрена я должен это знать? Рыбацкий якорь, вот какой я хочу.

Он издает смешок.

– Адмиралтейский, значит. Пошли. Это займет меньше часа.

В мгновение ока я оказываюсь верхом на стуле, а Уайет готовит свое рабочее место. Вот как это работает в Авалон-Бэй. Если вы хорошо относитесь к своим друзьям – они хорошо относятся к вам. Уайет, вероятно, даже не возьмет с меня плату за эту новую татуировку, как бы я ни настаивал. Вместо этого он появится у меня дома через несколько месяцев или через год и попросит о какой-нибудь случайной услуге, и я с радостью помогу ему.

– Так над чем ты работал, когда я вошел? Ты выглядел озадаченным.

Он издает разочарованный стон.

– А, да. Я пытался придумать такой охренительно сексуальный набросок, что у Рэн не осталось бы другого выбора, кроме как вернуться ко мне.

Я сдерживаю смех.

– Она снова тебя кинула?

– Ничего нового, правда?

Он прав. Уайет и Лорен, которую мы все зовем Рэн, расстаются чуть ли не каждый месяц, обычно из-за самой глупой ерунды, которую только можно себе представить. Хотя они отлично нас этим развлекают.

– Что случилось на этот раз?

– Наклонись вперед, – велит он, подталкивая меня так, чтобы я склонился над стулом, и теперь мой затылок полностью в его власти.