Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

Все трое смотрели на меня, силясь понять, к чему клоню.

— Так нет больше денег?

— Нет. Нам деньги давать здесь один хороший человек. Я ему потом отдавать.

— Взаймы? Под проценты? Знакомый? Давно его знаете? Уже бывали в Советском Союзе?

Спрашивал, выкладывал на один из двух низеньких столиков блоки сигарет. Ишь, набрали. На продажу, что ли? Что ж он молчит? Придумывает ответ?

Распаковал один из блоков, вынул верхнюю пачку, открыл ее, вытряхнул сигареты на ладонь. Обыкновенное курево. Хорошо пахнет. Вообще-то в последнее время в сигареты прячут редко, но на всякий случай...

— На тыбе, — зашептал турок, придвигаясь поближе. — Моя не жалко. Подарок. Куры.

— Товарищ, — грустно сказал я. — Мы ж не в Турции.

Давным-давно надоело возмущаться жалкими попытками купить инспектора таможни «на корню». То деньги суют, то перстни, то коньяком рвутся угостить. А турок? Из добрых чувств или по злому умыслу?

Турок, неверно расценив молчание, полез в чемодан. Так и есть. «Метакса». Ну-ну, дальше что?

— Коньяк, — уже по-свойски подмигнул турок. — Бери. Тыбе.

— Ну, что вы, — «застеснялся» я. — Такой дорогой подарок.

— Бери, бери, — поддакнула жена.

И она, оказывается, говорит по-русски. А сын?

Мальчик сидел на одном из чемоданов, тупо рассматривал пол. Заболел малый, что ли? Вид у него какой-то невеселый. Если они так суетятся, дело нечисто. Может, все же, просто люди душевные?

— Золота нет? — влепил я вопросик, следя за лицом турка. — Или долларов?

Турок испуганно отшатнулся и с укором посмотрел на меня, словно я сказал какую-то скабрезность.

— Зачем так говоришь? Нет золото. Мы бедный. Очень бедный.

Подошел Никитин. Соскучился! Сейчас начнет советы давать.

— Как тут?

Никитин внимательно посмотрел на открытый чемодан.

— Да так... Сигареты предлагают. Коньяком угощает. Бедный человек, — проинформировал я вполголоса.

— Его улыбку рассмотрел?

— Ага... Бедный, а на золотые коронки наскреб. Чемоданы японские, фирменные. То, что они в рванье, ничего не значит.

Из-за плеча Никитина видел — турок тоже совещается с женой. Тайм-аут. Совещается или просто недоумевает, почему его так долго маринуют в духоте досмотрового зала? Мальчик хотел подняться, турок удержал его. Заболел малый?.. Вон как голову опустил. Уши торчат, шея тонкая.

— Больше надоедать не буду, сам решай. Учти, кроме пассажиров, надо Кобца подменить на проходной.

Так. Посмотреть весь багаж не удастся. Вон сколько всего — целая баррикада. Ну, а если пораскинуть мозгами? Взятка, кепка, японские чемоданы, суетливые жесты, мальчик, который сиднем сидит, и встать ему не позволяют, золотые коронки, шушуканье, деньги взаймы — прямо сборник народных примет получается.