Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

Что, собственно говоря, происходит? Почему я, до сего времени не страдавший от отсутствия здравого смысла, стал вдруг видеть в каждом прибывающем из-за границы злоумышленника? На каком основании? Пока, конечно, за полу не хватаю, «держи контрабандиста» не кричу, но — подозреваю!

Шел по коридору мимо распахнутых дверей, встречался взглядом с моряками, и было совестно от того, что, ринувшись на поиски золота, захотел «превзойти и удивить», для коих целей и записал всех в потенциальные контрабандисты. Раз никто, значит, все.

Но кому закричать вслед: «Ату его»? Вон тому крепышу с мускулистым торсом? Этим официанткам, не успевшим снять переднички? Моему сопровождающему, которого так нетерпеливо ждет Раечка?

Ну, хорошо... Если все такие хорошие, если ни один не может попасть под подозрение, то кто же возит золотые монеты?

Пассажиры?

Атмосфера в кают-компании была не очень веселая.

На столе лежала замасленная роба, целлофановый пакет, столбцами желтели монеты.

Золото!

Кобец писал протокол, чмыхая со скоростью сто двадцать раз в минуту. Глаза его сверкали, чего нельзя было сказать о потухшем взоре первого помощника, сидевшего сычом в углу. Первый покачивался на стуле, словно от приступа зубной боли.

— Знал бы, какой мерзавец... своими бы руками...

— Где нашли? — спросил я Кобца.

Он, подобно Цезарю, не отрываясь от письма, отрывисто рассказал:

— На прогулочной. Говорю... сопровождающему... Давай поищем... Да. Я один... Второй... Третий... Всю палубу прошли. Сверток... Что-то в робу замотали. На самом дне... Вынимаю. Есть! Иди сюда!.. Сто штук!

— По курсу сколько?

— Сто штук по рублю, — пошутил Кобец, — это кошмарная сумма получается! Не мешай!

— И просил, и убеждал — «Ребята, не подведите!» Как о стенку горохом! — не выдержал первый. Он встал и, сгорбившись, вышел в коридор.

— Чего он так убивается? — удивился я. — Не у него в каюте ведь нашли.

— Ты, Юра, пойми, — объяснил подошедший Никитин. — Он за идеологическую работу отвечает. За «кабэ» в кадрах по головке не погладят.

— Да разве виноват он, что кто-то из команды занимается контрабандой? Разве можно уследить за сотнями людей?

— Такая у него должность. Никто не неволил. Не отвлекай Кобца.

Кобец писал, подперев щеку изнутри языком, склонив голову набок, аккуратно строча буквы.

В кают-компанию вошел капитан, сопровождаемый первым помощником. У обоих были удрученные лица. Замешательство капитана было столь велико, что в разговоре он делал неожиданно глубокие паузы, подыскивая нужные слова.

— Да... Пожалуйста, — обратился он к Никитину. — Такая вот неприятность. Работаем, повышаем сервис, недавно заняли первое место и — пожалуйста. Нашелся гад... Весь фасад испортил.

Он подписал протокол и тут же ушел.

— Пообедаете? — без всякой надежды спросил первый.