Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

— Ну, уж этого-то я не могу помнить, — ворчливо сказал старик. — В платьях толку не понимаю…

Закончив допрос старика, Глебов решил, что с женой его говорить, собственно, не обязательно, и без того все ясно, и отпустил супругов домой, попросив их занести ему, если есть, фотографии Василия и Валентины и их письма к родителям. Старик не заставил себя долго ждать. Он скоро вернулся со свертком и протянул его Глебову. — Вот… поглядите. Через тонкую газетную обертку Глебов нащупал конверт. «Письмо Василия», — решил Олег Николаевич и не ошибся. Он развернул сверток, вынул письмо.

«Дорогие родители! — прочел он. — Я нахожусь на станции Емца Архангельской области. Устроился работать в леспромхозе. С Валентиной расстался».

На конверте имелся почтовый штемпель:

«Станция Емца Плесецкого района».

— А почему вы не сказали мне об этом письме, — спросил следователь Трофима Игнатьевича.

— Да так, ни к чему вроде было, — ответил старик.

Вместе с письмом старик принес и фотографию мужчины и женщины.

— Кто это? — снова спросил Глебов.

— Василий и Валентина.

— Мне придется на время взять у вас эту фотографию, — сказал Глебов.

В первом часу ночи он вместе с работниками милиции выехал из совхоза, а в девять утра был уже в прокуратуре. Лавров вернулся из отпуска, и следователь сразу направился к нему.

— Говорят, вы хорошо поработали? — поздоровавшись, спросил Юрий Никифорович. — Сложное дело распутали?

— Откуда вы знаете?"

"— Я вчера разговаривал с Обуховым, он мне кое-что рассказал. В следственном отделе ваша работа понравилась. Обухов просил сообщить ему, что удалось установить в совхозе.

Глебов подробно доложил дело.

— А товарищ Обухов дозвонился до Изяславля?

— Да, разговаривал с прокурором города. Как только мы получим телеграмму, я думаю, мне необходимо самолетом отправляться в Архангельскую область. Иначе родители могут успеть предупредить Василия и он скроется.

— Хорошо, я позвоню прокурору края, договорюсь.

…Весь день Глебов листал хорошо знакомое ему дело и составлял план допроса Василия Рубика, а придя в прокуратуру утром следующего, дня, нашел на столе у секретаря прокурора нераспечатанную телеграмму из Изяславля.

Быстро вскрыв телеграфный бланк, Олег Николаевич прочел:

«Рубик-Дук Валентина Прохоровна проживает Изяславле вместе матерью Дук Дарьей».

Глебов вначале ничего не понял. «Валентина проживает в Изяславле вместе с матерью, — механически повторил он. — Но ведь этого не может быть! Валентина убита, несомненно убита своим мужем Василием! Не может же она воскреснуть и жить у матери! В чем же ошибка следствия?» — мучительно думал Глебов. Как же быть дальше; где искать убийцу?

Зайдя к Лаврову, следователь молча протянул ему телеграмму.