Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

 — Минуты через три выходите…

Новый дом под лучами южного мартовского солнца казался розовым. Только что протертые стекла больших окон сверкали и переливались. Так же чисто и празднично было внутри, в квартирах: светлые стены, белые с легкой голубизной потолки, еще некрашенный и ненатертый, бледно-желтый паркет… Даже страшно было ступать по нему подошвами, к которым прилипли строительный мусор, сырой песок, глина…

После осмотра квартир — однокомнатной, двухкомнатной и трехкомнатной — Давыдов сказал, обращаясь к Юрию Никифоровичу:

— А как вы относитесь к числу тринадцать, товарищ прокурор?

— Прекрасно! — воскликнул Лавров, сразу поняв, на что намекает секретарь горкома, и громко рассмеялся.

— Тогда — все в порядке, — с шутливой серьезностью проговорил Давыдов и стал спускаться по лестнице.

На третьем этаже он остановился у двери с табличкой «13», постучал.

Молодой маляр в треуголке из газеты открыл дверь и посторонился. Парень был весь как бы в горошину: его лицо и руки, и спецовка — все было забрызгано белилами.

В первой комнате сидели на перевернутых вверх дном ведрах еще два точно таких же закапанных белилами паренька, а пожилой маляр катал по свежевыкрашенной стене свернутую жгутом мокрую тряпку, и непонятно было, как это, обыкновенная скрученная тряпка оставляет за собою такой приятный оттиск, словно иней на окне.

Поздоровавшись с вошедшими, старик продолжал свое дело, но, заметив, что молодые маляры отвлеклись, снова оглянулся и сурово проговорил:

— Чего рты пораззевали? Вторую стену сами будете накатывать, значит смотреть надо, а не ворон считать.

— Мешаем мы, Юрий Никифорович… Посмотрим вторую комнату и поедем. У меня, кстати, есть к вам серьезный разговор."

"Квартира очень понравилась Лаврову, но ведь Давыдов так и не сказал, действительно ли есть решение предоставить ее новому городскому прокурору. «Спросить прямо? Да нет, неудобно… К тому же, зачем бы Давыдову намекать и заводить этот разговор о числе тринадцать? Конечно, это неспроста. Но, с другой стороны, имеет ли он, Лавров, право уже сегодня написать жене о том, что был в новой квартире, видел ее. А вдруг потом сорвется? Мало ли какие неожиданности случаются, особенно в этих, квартирных, делах… Лучше все же спросить, — решил Юрий Никифорович. — Ведь Вере надо дать время собраться, забрать из школы Сашку, ликвидировать ненужные вещи… На все это нужно время. Да и она в каждом письме спрашивает: когда? когда? Спрошу!» — окончательно сказал самому себе Лавров. Но, как и в день их первого знакомства, Давыдов словно почувствовал нерешительность Юрия Никифоровича.