Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

Река была неглубокой, но течения и водовороты образовали многочисленные промоины и ямы, и нам стоило немалых усилий и времени переправиться на другую сторону.

Берег был усеян крупными камнями. К счастью, мы наткнулись на медвежью тропу, которая вывела нас на высокий берег.

Узкая тропинка местами была завалена буреломом, и нам приходилось поминутно пускать в дело топоры.

Старобор орудовал им с таким остервенением, что только щепки летели в стороны. Наконец мы въехали в высокий сосновый лес, вся земля в котором проросла зеленым мхом.

В одном месте мы были вынуждены с крутого берега спуститься к воде. Лошади с плеском проваливались в воду по самую шею, затем выбирались на мелкое место и выходили на крутой берег. Это была настоящая акробатика с той лишь разницей, что невольные зрители, восхищающиеся головокружительными трюками своих друзей, в ближайшие минуты должны были проделать то же самое.

Шульгин нас догнал только в тайге. Он оправдывался, что вьючная лошадь перетерла подпругу и растеряла вещи по лесу. И пока он все исправлял, прошло много времени.

Ну что ж, не повезло."

"Лесничий еще некоторое время злился и ворчал, что такой поездки не придумаешь даже в наказание, и спрашивал Еменку, не задумал ли он испытать нашу выносливость.

Тамара разразилась звонким смехом и крикнула:

— Испугались, Федор Лаврентьевич?

— Дело не во мне. Я привык и к худшим дорогам. Но наши новички сейчас, наверное, чувствуют каждую косточку в теле. Да и вам ненамного лучше.

Я поспешил заявить, что чувствую себя прекрасно, Олег сказал то же самое. Тамара махнула рукой, на ее лице было написано спокойствие, и она не выдержала, чтобы не заявить:

— Ваши заботы совершенно напрасны.

Шульгин кисло улыбнулся.

Еменка с Чижовым ехали впереди и высматривали хоть какую-нибудь тропинку. Наконец нашли узкую звериную тропу.

Едва мы очутились в молодняке, как нас облепила мошкара, для которой заросли служили надежным укрытием от ветра и непогоды. Мошки кусали лицо, шею, и руки, и даже сетки, которые мы натянули на голову, не приносили облегчения. В них было невыносимо жарко, пот стекал по лицу.

Нас ожидало еще одно испытание: ехали по такому густому лесу, что совсем не могли сориентироваться. Вокруг ничего не было видно, кроме бесконечного множества деревьев и ветвей светло-зеленых лиственниц. Направление пути определял Еменка. Он вел прямо-таки с поразительной уверенностью. Каждый из нас внимательно следил за хвостом впереди идущей лошади, который в этом зеленом море был единственным ориентиром.

Как только мы выбрались из густого молодняка, начались «мягкие» места. И без того малая скорость передвижения стала еще меньшей. Лошади вязли в черной грязи, спотыкались о гнилые пни и корни упавших деревьев.