Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

Социалистическое государство ставит своей задачей воспитание иной морали, иного отношения к собственности, а значит, и иных отношений между людьми. Но наивно было бы думать, что никаких трудностей и сложностей не осталось на этом пути. В семье Чижовых мальчик рос в тех понятиях, что в чужую собаку можно стрелять из духового ружья, а за мою собаку я «горло перегрызу». Обвинитель в своей речи справедливо заметил, что Николай Чижов был воспитан в духе неуважения к труду, из него вырастили потребителя, который получал безо всяких усилий, что его душе угодно. Стоило только ему пожелать, и родители дарили ему двухколесный велосипед, духовое ружье, магнитофон, двуствольное ружье, наконец. Сами по себе эти вещи не содержат какого-то развращающего начала и нет ничего дурного в их приобретении. Даже двуствольное ружье центрального боя может быть отличным подарком юноше, который живет где-нибудь на природе, увлекается охотой и уже проявил свои охотничьи способности. И магнитофон можно использовать разно. Один станет записывать с помощью этого аппарата непристойные песенки, другой соберет коллекцию произведений истинного искусства. Значит, дело не в том, что молодому человеку дарили, а как эти подарки делались и какое им было предназначено употребление. И тут я хочу еще раз напомнить, что Николай Чижов в родительском доме воспитывался не только в духе неуважения к труду, а и в духе неуважения к людям. Каждый человек стремится занять прочное положение в жизни, в обществе. Одни, и таких огромное большинство, добиваются самоутверждения с помощью общественно полезного труда, занимают свое место по праву мастерства, ума, таланта. Другие, таких у нас меньшинство, но они есть, к сожалению, выказывают свое превосходство по праву собственника, полагая мерилом ценности человека стоимость вещей, какими он владеет. У соседских ребят нет магнитофона, а я своему сыну куплю. Они своим не в состоянии купить настоящее ружье, а у моего будет. И машины у них нет, а мой ездит на собственном «Москвиче». В таком «превосходстве» собственник черпает самоуважение и находит для себя право поглядывать на соседей свысока. Мне могут возразить — ну, великие ли ценности, в самом деле, магнитофон и ружье. Да и «Москвича» Петр Петрович Чижов собрал из старья своими руками. Вот если б у них были персональные выезды и дачи в два с половиной этажа, тогда, конечно, можно бы говорить о растлевающем влиянии собственности. Но тут я напомню — дело не в вещах самих по себе, а в том, каково к ним отношение, так что в нашей системе доказательств магнитофон стоимостью в сто пятьдесят рублей и дача, которая оценивается в сто пятьдесят тысяч, равнозначны.