Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

— Гони! — почему-то шепотом скомандовал Сашка.

Николай с места рванул вовсю, обогнал девушку, миновал встречную машину и, выбравшись на магистраль, дал полный газ.

Погони не было. Отдышавшись, ребята принялись смеяться, они прямо задыхались от смеха, вспоминая, как покорно стал снимать брюки парень.

Николай тоже смеялся. Нравились ему эти ребята, нравились их выдумки.

Въехав в город, достали папиросы, но не оказалось спичек — обхлопали все карманы, но спичек не нашли. Увидев идущего по тротуару человека, остановили машину. Вышли и попросили огонька. Он сказал, что не курит и спичек у него нет.

— Как это нет? — возмутился Мартын. — Брешешь!

Николай на этот раз вышел из машины и хорошо видел, как Мартын ударил человека на тротуаре в лицо. Тот был коренаст, на ногах крепок и, видимо, не трус. Он дал сдачи Мартыну. Тогда Сашка Бородулин сзади, широко размахнувшись, кастетом ударил человека по голове. Тот рухнул Николаю под ноги. Мартын двинул упавшего острым носком ботинка в живот. И Николай, не желая отставать от приятелей, ударил.

Снова втиснулись они в машину и долго колесили по улицам. И на этот раз не было погони, и они смеялись, вспоминая, как Мартын врезал этому некурящему по морде, а Сашка треснул по голове.

На другой день веселую компанию арестовали. Был суд. Четверо получили разные сроки тюремного заключения, Николай Чижов по тому делу проходил свидетелем. Чего стоило это Клавдии Михайловне, она никому не рассказывала, даже матери.

Беседуя с защитником, Клавдия Михайловна несколько раз вспоминала о суде над Бородулиным и компанией, настойчиво обращая внимание Андрея Аверьяновича на то обстоятельство, что Николай был свидетелем, только свидетелем.

Андрей Аверьянович накануне брал это дело в архиве городского суда и знал его лучше своей собеседницы.

— Бывают свидетели, — сказал он Клавдии Михайловне, — которые только по странной случайности не сидят рядом с подсудимыми. Мой вам совет, не вспоминать об этом эпизоде из биографии вашего сына, если не хотите повредить ему. Себе тоже."

"Клавдия Михайловна сникла, агрессивная настойчивость ее сменилась готовностью безоговорочно следовать советам защитника. Но Андрей Аверьянович советами ее не обременял. Зная, с кем имеет дело, он давал ей только одну рекомендацию:

— Говорите правду, не изворачивайтесь.

После суда над Бородулиным родители устроили Николая Чижова на работу — в автобазу шофером. В эти дни стукнуло ему восемнадцать лет, и мать сочла нужным отметить это событие — дала денег, и Николай с отцом отправились в охотничий магазин выбирать настоящее ружье, двуствольное, центрального боя.

— Пусть на охоту ездит, — решила Клавдия Михайловна, — это лучше, чем болтаться со шпаной по городу.