Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

Сами понимаете, искать на том берегу следы, вещественные доказательства после такого ливня, спустя столько времени — бесполезно.

— Час назад мне казалось, что мы уже бесспорно установили правоту Кушелевича, — Валентин Федорович развел руками. — На самом деле мы ничего не имеем.

— Не совсем так, — Андрей Аверьянович крикнул Порохорову, чтобы тот покинул свой пост, а сам направился к палатке. — Не совсем так, — повторил он, когда Валентин Федорович смог идти рядом. — Я почти убежден, что Кушелевич не стрелял в Моргуна. Говорю — почти потому, что в цепочке рассуждений, приходивших мне в голову сегодня ночью, недостает нескольких звеньев.

— Поза Моргуна? — спросил Валентин Федорович.

— И это смущает. Но — поза Моргуна — не самая трудная из задачек, которые тут возникают. Вернемся в город, повидаюсь с Кушелевичем, и он прольет свет на эту загадку. Сложнее другое: почему выстрелили в Моргуна, а не в Кушелевича, хотя все, кто балуется здесь с ружьишком, скорее всего должны были стрелять именно в Кушелевича? Не обольщаюсь, но полагаю небесполезным заглянуть в поселок Желобной. На обратном пути мы можем это сделать?

— Можем, крюк не такой уж большой.

— Вот и хорошо, не будем терять времени.

Минут через двадцать тронулись в путь.

Когда переправлялись через Чистую, Прохоров вел лошадь Андрея Аверьяновича в породу. Большая вода ушла, но все-таки поток был бурлив и мутен, и кони шли трудно, особенно тяжело приходилось жеребцу Прохорова — он первый принимал на себя напор течения, беря наискосок, грудью пробивался к берегу. Под его прикрытием Гнедко шагал безбоязненно, и все обошлось благополучно, только намок Андрей Аверьянович до пояса.

Выбравшись на берег, всадники, спешились, вылили воду из сапог, выкрутили брюки и тронулись дальше. Андрей Аверьянович чувствовал себя уже бывалым наездником и, когда штаны на нем пообсохли, согрелся и в безопасных местах ухитрялся даже подремывать в седле.

Тропа в Желобной сворачивала за несколько километров до кордона.

— Поезжайте на кордон, — предложил Андрей Аверьянович директору заповедника, — и ждите нас там, а мы с Иваном Николаевичем пропутешествуем в поселок.

— Не возражаю, — сказал Валентин Федорович. — Пока вы там будете путешествовать, мы с Филимоновым форельки половим.

7

Поселок Желобной несколько лет назад был поселком лесопункта. Теперь лес тут не рубили: по берегу реки его уже свели, высоко в горы лезть дорого и несподручно, тем более что правила рубок стали жесткими — сплошных лесосек не дают, выборочно — на здешних склонах леспромхоз еще не изловчился.

Население поселка сократилось, но он не опустел вовсе, как это случается с некоторыми бывшими лесопунктами.