Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

В Колосовске Женя с Инной вместе никуда не ходили, все-таки у нее муж. А потом, это уже по весне было, Женя повел Володю в ресторан «Колос», вот он внизу, — Чернова для убедительности пальцем указала на пол. — В тот раз они меня взяли. Стол был богатый, мне очень понравилось, водка «Экстра», сардины, шпроты, каждому по шашлыку, всего-всего было. На Женю все девочки смотрели, он парень хоть стой, хоть падай, одет шикарно.

У них, видно, еще в Доме культуры разговор начался. Все выпили-закусили, Женя говорит:

«Вот так, мой друг, ты человек интеллигентный, должен понять, что все под этим небом можно сделать, только для всего деньги нужны, А деньги у тебя есть, петь ты можешь».

Я слушаю, опять ушам не верю — неужели правда есть шанс в артисты выйти?..

— Бывает, — серьезно заметил Вадим. — Вот Шаляпин…

— Вот, вот! — встрепенулась Чернова. — Я прямо так и подумала про Шаляпина, а еще про Лемешева в картине «Антон Иванович сердится». Женя сказал, за консультацию, да чтоб записали на прослушивание, да за то да се пятьсот рублей надо, а без этого и хлопоты нечего начинать. Потом вторую «Экстру» принесли, я с работы была, немножко окосела. Помню, Женя все шутил, что, работая, любой дурак проживет, а надо уметь прожить не работая. Тогда и о машине разговор зашел. Женя сказал, что у него мать артистка, можно ее машину взять. Можно получиться и левачить. Я пьяная-пьяная, а удивилась, как это так — доверить машину, когда человек только в армии грузовик водил, а на легковушке сроду не ездил. А Женя ответил, опыт дело наживное, а права пока у кого-нибудь можно взять, карточку сменить, а потом подучиться. А оно вот как получилось. Говорят, ремонт в сколько-то сот встанет…

— Бывает, сами насмерть калечатся.

— Нет. Он только капотом и левым крылом к «МАЗу» приложился. Женя рядом сидел, сразу руль взял.

— Ну, а что ж Инна во всей этой истории?

— А что Инне? Она с мужем жить не собирается. Она с ними поднялась да и махнула гулять в Ленинград, а мне теперь и в отпуск поехать не на что…

Опять вот-вот прольются слезы.

— Ну, вот что, Маша, — построже, но вместе с тем уже как добрый знакомый, как старший младшей сказал Вадим, пододвигая к себе бланк. — Так мы с вами долго проговорим, а деньги нам языки казать будут. Давайте по порядку. Значит, с Женей вы познакомились…

— В прошлом году зимой.

— С матерью его, с артисткой, чья машина, не знакомы?

— Сроду не видала.

— Есть у Жени друзья-товарищи? Кто бы мог на мать повлиять?

— Знаю только Джексона.

— Фамилия?

— Скворцов.

— А вашего как? Если доведется поговорить, может, и артистка вас только по прозвищам знает.

— Может, она и по фамилии помнит, — с надеждой и сомнением проговорила Чернова. — Барон — Володя Шитов, а так — Барон.