Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

Я им такой кроссворд нарисовал, до белых мух клеточки заполнять будут."

"Не спросил несколько успокоенный Верти Угол, где остановился Леха, если и под его крышу пришел — не откажешь. Не любят среди них любознательных. Что скажет про себя Крест — на то его хозяйская воля. О чем умолчит — ему виднее. И за похвальбу не судил. Сбежать от конвоя, рискуя жизнью, не каждый сможет, а Леха вот сидит, как огурчик, будто и не было тяжелых таежных скитаний.

— У меня, Гнат, к тебе разговор сердечный. Сколько бок о бок спали, сам знаешь. А потому верю тебе до конца и прошу помочь обладить одно дельце. Нужны твои руки, Гнат, остальное за мной. А долю свою сам назвать можешь.

Задумался Остапович, нес ко рту стакан и забылся. О чем дума, не спросишь.

Тянулось тишиной время, не нарушали молчания. И снова цедили сквозь зубы водку, нюхали ржаные ломти. Наконец, будто вспомнив о словах Креста, заговорил Остапович:

— Ржавую соль, Лешка, на раны трусишь. Вязать дела в тугой узел наметил. Кто за это меня осудит? Старость — вот она — с клюкой рядом. И пенсион никто не оформит. Не положено вору. А то, может, и впрямь в собес постучаться: позвольте, мол, взломщику, рецидивисту Гнату Остаповичу, что ни одного дня на воле не трудился, приобщиться к общественному карману. Может, за руки его в позолоте положена ему персоналка рублей в сто двадцать?

Он даже улыбнулся.

— Чахну, Лешка, в конуре своей. Мне бы твои годочки, ух и развернулся тогда. А так... Зачем жил? Зачем воздухом дышал? Много дум об этом. А ведь знаю, уйду на зону, звонка не дождаться. И, признаться, не хочется гнить безымянно на таежном погосте. Здесь кто-нибудь сердобольный и ромашек принесет на могилку. Сентиментальный, Лешка, стал, каюсь.

Он снова плеснул в стакан водки. Не торопил его Леха, ждал.

— Скажешь, захандрил Остапович, слюной исходит. Нет, я ведь шесть десятков отмерил, отдыха хочется. А может, и прав ты, рискнуть под занавес? В последний раз, а?

— Будь другом, Гнат, я ведь и тайгой ломился, о тебе думал. У тебя в руках козыри от всей игры.

— А что за дело? — уже с некоторой заинтересованностью спросил Остапович.

— Есть тут одна конторка на тихой улочке. Два раза в месяц привозит кассир из банка баул с червонцами и прячет его на ночлег в железный ящик. А утречком — по районам, где у них бригады вкалывают, газопровод какой-то тянут или еще что. Не в этом соль. Только машину взять труднее, с кассиром, кроме шофера, еще пассажир с пистолетом в кармане. А вот контору — сподручнее. Возьмем без шороха. Это на моей совести, а меня ты знаешь.

— Как не знать...

— А там твоя забота, Гнат. Вспорешь брюхо «медведю» — начинка наша. На безбедную старость хватит, не сомневайся.

Не морщась, пил Остапович водку, вторую бутылку распочали. Особо не закусывали и хмелеть не думали.