Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

— Впечатление, товарищ подполковник, извините, как будто из нужника вылез.

— Извиняю, — Крымов кивнул на стопку из папок. — Нужник он и есть нужник. А теперь от эмоций перейдем к фактам.

— Да вы лучше знаете. Даром что ли одни и те же выраженьица в анонимках подчеркнули. Тут даже сомнений нет — один и тот же человек все это накропал.

— Или одни и те же люди.

— Может и такое статься.

— Ну, а что еще?

— Анонимщиков надо искать в тресте, которым Мельников руководил. Хоть и стопроцентная ложь в анонимках этих, но тот, кто писал, про дела треста знает. И для непосвященного выглядит все это убедительно. Вот комиссии так исправно на это и клевали, как голодная рыбка в жаркий день.

— Ну, ты тут, Кузьмич, не совсем прав, — медленно проговорил Крымов. — Ложь там не на сто процентов, а этак на 98. Это как раз свидетельствует, что мы имеем дело с опытным и умным клеветником. Он один достоверный фактик подбрасывает, действительно, как наживку. Глядишь — правда. Значит, и остальные проверять надо, уже лживые, грязные, но поди же знай заранее, что они такие. Так что противник у нас серьезный.

— Или противники.

— Ну да. Только даже если их было несколько человек, исполнял все эти пасквили один. Из этого пока и будем исходить. Я разработал небольшой план. Не бог весть что, но лиха беда начало. Первое. Надо постараться найти машинку, на которой все это было напечатано. Второе. Необходимо выяснить, кто в течение двух месяцев до появления первой анонимки был из треста уволен. Третье. И это, пожалуй, самое сложное. Кому мог мешать Владимир Иванович Мельников? Или кто, скажем, мог претендовать на его место.

— А к Павлу Васильевичу не обращались?

— Он в командировке. В среду будет. Обращусь, конечно.

Агеев вытащил из кармана крошечный блокнотик, полистал его, сказал:

— На анонимке от 16 июля 84 года есть заметный отпечаток.

— Видел, — кивнул Крымов, — да только, Кузьмич, эта анонимка в стольких руках перебывала… Глядишь, кто-то из усталых членов комиссии читал ее уже за чаем с булочкой, начиненной кремом.

— И все же…

— Обратим на это внимание Павла Васильевича. Но нас, как оказалось, ожидал небольшой сюрприз.

Крымов вытащил из среднего ящика письменного стола конверт, осторожно вынул из него листок бумаги.

— Два дня назад на Мельникова очередная анонимка пришла. Судя по штампу, отправлена через неделю после его похорон. О чем это говорит?

— Получается, что человек этот не из треста, — быстро проговорил Агеев, — там ведь все знали, что Мельников умер."

"— Верно, — согласился Крымов. Повторил: — Верно, если только человек этот не хочет сбить нас со следа.

— Не усложняете, Александр Иванович? Не очень ли уж он у вас умным выходит?

— Лучше переоценить противника, чем недооценить его, — назидательно произнес Крымов.