Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

Она входила в пору заката бабьего лета и боялась потерять, что имела — никого другого могло и не найтись.

— Я даже хотела купить барометр, чтобы предсказывать твои посещения, — примирительно пошутила она.

Крутов успокаивающе гладил Иринины плечи. Но сказать было нечего — самого точила тревога.

Из Дома культуры они вышли вместе. Олег проводил Ирину до ее дома.

— Зайдешь? — просительно коснулась его рукава.

— Извини, Иринушка, сегодня не получится — дела!

— Вечно у тебя какие-то дела! — фыркнула Пухова. И скрылась в подъезде, гулко хлопнув входной дверью.

Крутов поспешил к автобусу. Путь его лежал на другой конец города — туда, где он был два дня назад. В воскресенье…

Выйдя на конечной остановке, Олег Аркадьевич несколько минут шел пешком, то ускоряя, то замедляя шаги. В глубине большого запущенного сада стоял добротный двухэтажный особняк. Крутов остановился перед калиткой, прислушался — никаких признаков жизни. Поглядывая на занавешенные окна, прошелся вдоль забора. Дважды порывался войти во двор, но каждый раз трусливо прошмыгивал мимо.

«Неужели?.. Да нет, не может быть!.. А если?..» В мозгу прокручивалось с неумолимой ясностью все то же: сползающее по стене тело, глухой обрывистый стон, «Но где же Полина? Может быть, ее увезли? В больницу… А если в морг?.. Нет, так больше нельзя, я совсем психом стал…»

Войдя в калитку, Крутов быстро подошел к дому и нажал кнопку звонка. Тишина! Надолго вдавил кнопку в деревянную панель, вслушался — звенит, заливается звонок. И — ни звука в ответ.

У соседей стукнула дверь. На крыльцо вышла женщина, стала всматриваться, приставив ладонь козырьком. Крутов отвернул лицо и, подняв воротник плаща, зашагал прочь.

12

Поздним вечером в приемном покое больницы зазвонил телефон. Дежурный врач снял трубку.

— Больница? К вам вчера утром привезли женщину с ушибами головы. Нельзя ли узнать, в каком она состоянии?

Врач сделал знак оперуполномоченному угрозыска, тот бесшумно пробежал в соседний кабинет, набрал известный ему номер.

— Центральная? Узнайте, с какого телефона звонят в приемный покой. Хорошо! Жду…

— А кто это говорит? — спрашивал между тем врач. — Как ваша фамилия? — Согласно полученной инструкции он тянул время, чтобы на Центральной смогли засечь местонахождение звонившего. — Видите ли, товарищ, незнакомым людям, да еще по телефону, мы таких справок не даем. Вот если бы вы были с пострадавшей в родственных отношениях…

— Брат я ей, родной брат, — волнуясь, объяснял неизвестный. — Приезжаю, а соседи говорят — в больнице. Доктор, я очень за нее переживаю. Вы уж не откажите в любезности.

— Состояние крайне тяжелое — вот все, что я могу сказать, — отвечал врач, краем глаза следя через стеклянную дверь за действиями оперативника.