Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

 — Но сегодня не могу выполнить пожелание господина Эдстрёма. И завтра… Лучше всего это сделать через два дня».

Переводчица перевела и швед ответил тирадой.

«Но послезавтра — открытие, день хлопотливый… Господин Васин не забыл об этом? После открытия тоже будет много хлопот».

«Господин Васин обычно все помнит. Открытие еще не торги, у нас будет время встретиться. Это самое реальное…»

Впереди образовался затор, регулировщик, размахивая жезлом, пропускал машины.

«Ну что вы, рады быть полезными общему делу… Всего доброго! — пожелал Васин. — Люся, ушли они?»

«Ушли. Я забыла сказать… С обеда пришла, а у вас приятель сидел…»

Шувалов нажал на «стоп», магнитофон смолк.

«Волга» въехала в переулок.

Гомеопатическая поликлиника ничем не отличалась от обычных. Здесь тоже была регистратура, и регистраторша сидела в халате и шапочке.

— Лев Миронович? Он с завтрашнего дня в отпуске и сегодня не принимал, по-моему…

— Здесь он, — сказала позади нее другая женщина. — От заведующего шел, я видела. Но принимать не будет, не надейтесь. На втором этаже кабинет.

— Спасибо. — Шувалов взглянул на часы, пошел по лестнице.

…Лев Миронович Дарницкий, укрыв пол-лица за дымчатыми стеклами, походил на мафиозо из итальянского фильма. И жестом, разрушающим этот образ, выпятил ладошки навстречу вошедшему:

— Нет-нет, никакого приема! Я, по сути, уже на отдыхе… Вы застали случайно.

— И очень рад, что застал, Лев Миронович, — проникновенно сказал Шувалов. — Я друг Леонида, и разговор не терпит отлагательств.

— Ну, милый, ну, душечка, что я могу? — заерзал в кресле гомеопат. — Вы садитесь, садитесь, но у Катюши бабкин характер, и если она сказала, что ждет его в Пицунде, то ему ничего не остается, как говорить с ней там… Как вас зовут, я не расслышал?

— Виктор… Я, к сожалению, не мог приехать на дачу семнадцатого, был в Кишиневе. Леонид страшно мучается, а сейчас столько работы… Завтра открытие.

— Вот именно! Вот именно, вот именно и я тоже был молодым. А кто без греха? Я говорил это, говорил и продолжаю настаивать! — кипятился Лев Миронович. — Нельзя удержать водород в банке, мужчина — организм примитивный… Вы знаете, что завещала моя теща жене? Обращайся с ним, как с собакой: не серди, вовремя корми и обязательно отпускай погулять!

— Разумная женщина, — оценил Шувалов. — С тещей вам повезло.

— О-о! Это был кладезь… Но есть же предел! Нельзя, недопустимо, чудовищно вытворять такое на глазах будущей жены.

— Боюсь, что его оговорили. Слишком многие завидовали Лене, хотя он и шалопай.

— Шалопай? Завидовали? Оговорили?! — подпрыгнул Дарницкий возмущенно.