Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Думаю, что повышенным интересом к учению и объясняется то «оживление», которое мы замечаем на границе. — Раздольный взял второй стакан чаю. — Только предположение твое, Остап Максимович, считаю неверным. — Покончив с бутербродами и чаем, он спохватился: — Кажется, я прихватил и твой стакан чаю?

— Я уже завтракал, — успокоил его Крамаренко.

— Посуди сам, Остап Максимович, положим, мы задерживаем «Бенони» в заливе Трегубом. А основание?

— Заход в наши территориальные воды…

— Этот господин Ротшильд, как его назвал Иенсен, скажет: «Простите, сбился с курса». В лучшем случае мы получим с него штраф, и он покажет нам корму. Рыбу он в наших водах не ловил. Ничего предосудительного на мотоботе не замечено…

— Но надо же убедительно ответить на вопрос, что делал он в наших водах?

— «Ничего, — скажет он. — Я богатый человек, в прошлом моряк, и решил прогуляться на своем мотоботе в свежую погоду…» — «На море шторм, а не свежая погода. Восемь баллов!» — «Люблю сильные ощущения!»

— Ну, знаете…

— Знаю, Остап Максимович, еще как знаю! Иной раз уверен: жулик! А не пойман — не вор. Еще сам перед ним извинишься: простите, мол, обознался. Если мы задержим этого «Бенони», сами же попадем в глупое положение. Что им нужно в заливе? Ответить на этот вопрос, мне кажется, можно только одним путем…

— Каким? — спросил Крамаренко.

— Есть у меня одно предположение, но… Надо прежде доложить начальству, — и, сняв трубку телефона, он набрал номер: — Товарищ генерал? Докладывает полковник Раздольный. Прошу принять меня и начальника пограничного отряда полковника Крамаренко.

11. ЭТО, ТОВАРИЩИ, СЛУЖБА!

В десять часов утра, когда за кормой «Вьюги» остался мыс Галерный и до районного центра Северного было не больше часа хода, на мостик поднялся озабоченный капитан-лейтенант Футоров.

— Не хочет Радова идти в Северное. Просит доставить ее обратно домой, на заставу. Так и сказала: «Хочу домой», — доложил он командиру.

— Да-а, суровый, а все-таки дом, — не отрываясь от пеленгатора, заметил Девятов.

— Запросите штаб, — приказал командир и перевел ручку машинного телеграфа на «Малый».

В ответ из штаба радировали:

«ВЫСАДИТЬ РАДОВУ В ЧЕВРУЕ. РАЙОНЕ МЫСА КРУТОГО ЛЕЧЬ В ДРЕЙФ, ЖДАТЬ УКАЗАНИЙ».

Разворот на шквальном ветру занял все внимание командира. Когда корабль лег на новый курс, Поливанов еще раз перечитал радиограмму. Подумав, он вызвал на мостик командиров боевых частей и дал указание тщательно проверить оружие и материальную часть корабля.

На траверзе мыса Серого было получено новое указание штаба:

«ЕСЛИ САМОЧУВСТВИЕ РАДОВОИ ХОРОШЕЕ, ВЫСАДИТЕ ТИМОФЕЕВКЕ. ПРИМИТЕ НА БОРТ КАПИТАНА КЛЕБАНОВА, ЛЕЙТЕНАНТА АВВАКУМОВА, ЗАЙМИТЕ ПОЗИЦИЮ РАЙОНЕ МЫСА КРУТОГО. ИСПОЛНЕНИЕ ДОЛОЖИТЬ».