Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Остров Клюев уже маячил на горизонте, когда подули первые сильные порывы ветра.

Передвинув ручку машинного телеграфа на «Самый полный», Вергун снял крышку переговорника:

— Тима, прибавь обороты.

Помощник механика Тима в этом плавании был за старшего. Механик выдавал замуж дочку и, получив по этому случаю отпуск, выехал в Кандалакшу.

Насвистывая, Тима пошел к тахометру. Он всегда свистел, когда в машинном отделении отсутствовал старший. Механик говорил, что у них, он сам был из Колы, свистунов загоняют в бутылку.

Стрелка тахометра приплясывала на красной черте, показывая предельное число оборотов для видавшего виды двигателя.

Моторист вытирал шваброй пайолы, забрызганные дизельным топливом, поэтому такие скользкие, что ходить по ним можно было лишь с большим трудом.

Первый же порыв шквала обрушился на «Вайгач», идущий бортом к волне, с такой силой, что моторист, пытаясь удержать равновесие, словно взяв старт на гаревой дорожке, рванулся вперед и сбил с ног механика. Тима упал и ударился затылком о кожух мотора.

Когда моторист поднялся, сплевывая кровь и ощупывая разбитую десну, он увидел, что механик пострадал еще больше. С трудом подхватив Тиму под мышки, моторист оттащил его на рундук с ветошью.

В это время все, что было плохо закреплено, сорвалось со своих мест и с грохотом носилось по машинному отделению от одного борта к другому.

Плеснув воды в лицо Тимы, моторист решил, что уже оказал первую помощь, и бросился к дизелю, издавшему несколько подозрительных, чихающих звуков.

Трудно приходилось и рулевому у штурвала.

«Вайгач» шел без груза. Судно сидело мелко, его высокие борта, подставленные ветру, имели большую парусность. Каждый порыв шквала клал сейнер почти бортом на волны.

— Ну-кась! — сказал Вергун и, отодвинув рулевого, встал сам у штурвала.

Открылся огонь маячного знака, установленного у входа в губу Тюленью. Борясь со шквалом, «Вайгач» начал разворачиваться на огонь. И тут Вергун почувствовал, что судно не слушается руля.

Сквозь рев и свист ветра он сразу расслышал, что двигатель не работает.

Еще не зная того, что случилось в машинном отделении, Вергун вынул пробку переговорной трубы и спокойно спросил:

— Тима, что у тебя там?

Не услышав ответа, Вергун передал штурвал рулевому и полез в машинное отделение. Здесь горела тусклая лампочка аварийного освещения. С трудом передвигаясь по скользким пайолам, Вергун добрался до рундука с ветошью, где лежал механик. На губах Тимы выступила пена, он был без сознания.

— Что с ним? — спросил Вергун моториста, пытавшегося запустить двигатель, но в это время его швырнуло в сторону. Не удержавшись на ногах, Вергун упал и при этом больно ударился о стрингер. Он понял, что нечто подобное произошло и с Тимой.