Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

И помните, никому ни слова!

Она быстро вышла из цеха и направилась к фабрике-кухне.

— Ты можешь объяснить мне, что все это значит? — спросил Рябошапченко.

— Могу. Только давай пойдем отсюда куда-нибудь...

— На эллинг?

— Давай на эллинг.

Они прошли через весь цех, вышли к эллингу, поднялись на стапель и забрались в рубку тральщика.

— События, Иван Александрович, не ждут. Фронт приближается к Одессе. «Транснистрия» перестала существовать и превратилась в «территорию между Днестром и Бугом». Гитлеровцы начинают вытеснять своих союзников со всех командных постов. Через несколько дней они приберут к своим рукам и завод. Союзники об этом знают и хотят напоследок урвать побольше.

— Н-да! — протянул Рябошапченко. — Стало быть, вор у вора?.."

"— Стало быть. И учти, Иван Александрович, у немцев чемоданное настроение, но перед уходом они будут, как всегда, жечь и взрывать то, что не успели вывезти. В Одессу начали прибывать части «Эйнзатцгруппе», близится кровавая расправа с населением. Нам следует подумать об убежище, где могло бы человек пять отсидеться несколько дней перед вступлением в город наших войск. Я думаю, что лучше места, чем у тебя на Тенистой, не придумаешь. Сегодня вечером мы с Валерием заглянем к тебе, посмотрим, посоветуемся...

— Хорошо, буду вас ждать.

— Как с подрывом «Весселя»?

— Есть один парень, Тимка Козлов, корешок Васи Тихонина. Он грузчик, работает на двадцать втором причале.

— Постарайся сегодня же с ним встретиться. Прощупай его, чем он дышит, и решай. Сам решай. «Уголек» у тебя есть?..

— Целых три.

— Они нам еще пригодятся.

Внизу, возле лебедок эллинга, появился посыльный дирекции и стал подавать какие-то знаки. Гефт вышел из рубки на верхнюю палубу тральщика и спросил:

— Ты меня?

— Да, Николай Артурович. К вам пришли.

— Передай, что я сейчас буду.

«Наверное, Лия Краснощек», — подумал он.

Недавно он встретил своего приятеля, еще по Институту инженеров водного транспорта, Сашу Краснощек. Инженер служил продавцом в булочной. Николай узнал его нерадостную историю: жена, Лия, кончила перед войной исторический факультет пединститута, но гитлеровцы «делали историю» заново, и при оккупантах Лия не нашла себе применения. На руках маленький ребенок. Словом, нужда. Вспомнив распоряжение Загнера, он предложил ей должность секретаря.

В приемной дирекции его действительно дожидалась Лия Краснощек.

Гефт передал в секретариат ее документы на оформление и посвятил Лию в круг несложных обязанностей.

Телефон городской линии связи в его кабинете уже действовал. Поставили еще один стол, и секретарь приступила к работе.

Во вторник четырнадцатого марта, уже поздним вечером, к Гефтам пришла Зина Семашко. По ее лицу было видно, что привели ее чрезвычайные обстоятельства.