Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

 — Отправляйся домой…

— Сергей Васильевич! Я отправил Гаева с поручением в Подольск. Там же никого нет! Этого типа оставлять без присмотра…

— Ты же поручил полковнику Уманцеву установить за ним наблюдение?

— Да, но…

— В нашем с тобой деле один человек ничего не может сделать. Надо верить в людей и умело руководить ими, а пытаться все сделать самому — стало быть, не сделать ничего. Товарищ майор, даю вам увольнительную до семи часов утра, — неожиданно закончил он.

— Разрешите идти?

— Идите.

Движение на улицах еще только начиналось — сновали, разворачиваясь в недозволенных местах, автодворники, поливные машины с медлительной важностью проходили посередине мостовой. Они добрались до дома за пятнадцать минут. Волнуясь, словно он шел на первое в жизни свидание, Федор одним духом вбежал на четвертый этаж, с трудом разыскал в карманах ключ, открыл дверь и вошел в прихожую. На него пахнуло знакомым запахом дома. Осторожно ступая, он вошел в комнату. Здесь было темно, и только узкий, несмелый луч солнца, проникнув сбоку шторы, отражался в хрустальных гранях флакона на туалете разноцветными веселыми искрами. Ксения спала, подложив под щеку ладонь.

«Разбудить? — подумал он. — Стоит ли? Осталось тридцать минут…»

Никитин вырвал из блокнота листок, написал:

Моя дорогая!

Если бы ты знала, как я по тебе соскучился! Теперь скоро!

Целую тебя.

Твой Федор.

Так же тихо он вышел из комнаты и спустился вниз.

В ОДИН ДЕНЬ

В десять часов утра старший лейтенант Сазонов был принят начальником отдела кадров завода «Динамо».

Извлеченное из архива личное дело Бориса Александровича Жаркова лежало перед следователем.

Сазонов открыл папку и сличил фотографию, приклеенную в правом углу анкеты, с фотоснимком славоградского Жаркова. Никакого, даже самого отдаленного сходства между ними не было.

Инспектор отдела кадров, пожилой человек, похожий на сельского учителя, на вопрос следователя ответил:

— По совести говоря, о Борисе Жаркове мне известно немного. Месяца три назад Жарков несколько раз заходил в отдел кадров, просил освободить его по семейным обстоятельствам. Я поинтересовался, что это за обстоятельства, ради которых он бросает работу в Москве и уезжает в Златоуст…

— Вы не ошиблись, он назвал Златоуст? — уточнил Сазонов."

"— Да, я хорошо помню, он назвал Златоуст. Меня это удивило. Ну, потянуло бы парня на малообжитые места, на целину, на романтику большого интересного дела, а здесь… Он мне рассказал, что влюбился в одну дивчину, познакомились они прошлым летом в Гурзуфе, ехать в Москву она не хочет, вот он и решил все бросить и перебраться на Урал.