Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Около стола с перекосившимся лицом лежала женщина. Аня нагнулась к ней.

— Очевидно, паралич.

Это оказалась хозяйка дома.

Тем временем Михайлов и Завьялов прошли в следующую комнату. Но и там никого не было. Завьялов повернул выключатель. При ярком свете они тщательно осмотрели комнату, однако ничего не обнаружили.

— Куда он мог исчезнуть? — недоумевал Михайлов. — Дом ведь окружен.

Завьялов внимательно осмотрел пол и под колченогим креслом заметил носовой платок, хотел его поднять, о угол его оказался зажатым между досками пола.

— Что за чертовщина?

Он обследовал все доски, но разницы в щелях не заметил. Тогда Завьялов стал методически исследовать каждый предмет, находящийся в комнате.

Над небольшим ночным столиком несколько косо висело зеркало. Он машинально поправил его. С минуту подумав, снова подошел к зеркалу, осторожно снял его ощупал стенку. В ней обнаружилась кнопка.

— Любопытно, — озадаченно проговорил Завьялов.

— Товарищ капитан, а вдруг заминировано? — словно угадал его мысли Михайлов.

Завьялов приказал всем выйти во двор.

Когда все вышли, он решительно нажал кнопку. В следующую минуту раздался легкий шум, и половицы стали медленно опускаться.

Михайлов и Аня, притаившиеся в соседней комнате, и не думали уходить. Они бесшумно возвратились и через плечо капитана заглянули в подземелье. Там мерцал слабый свет карманного фонаря. Постепенно глаза различили фигуру мужчины. Он сидел у передатчика с наушниками, а левой рукой держался за затылок.

Одним прыжком Завьялов оседлал «Туриста». Вслед за капитаном туда спрыгнул и Михайлов. Завязалась короткая схватка. В одно мгновение Дэвис оказался связанным на каменном полу подземелья. Рана на затылке кровоточила.

— Это, наверно, работа Корнилова, — тяжело дыша, проговорил Михайлов.

— Младший лейтенант, смените радистку. Товарищ Онегина, к рации! — приказал Завьялов.

Аня, присев к аппарату, стала записывать шифровку, адресованную Дэвису.

ГЛАВА XX

Смертельно бледная Майя неподвижно лежала на постели. Врач с трудом остановил кровотечение и теперь заканчивал перевязку простреленного плеча."

"Вера Андреевна держала в своих руках безвольно повисшую руку Майи. По щекам ее катились слезы. Когда раненая открыла глаза, в них отразилось удивление. Только теперь Майя узнала в человеке, прыгнувшем в окно, того самого прохожего, с которым она столкнулась в переулке. Еще несколько часов назад ей и в голову не могло прийти, что именно ему она будет обязана своим спасением.

По прибытии на место Решетов осмотрел комнату. На столе лежали портфель, перстни, брошь, часы с браслетом, гибкий шнур от вмонтированного в брошь микрофотоаппарата. Полковник одобрил предусмотрительность Костричкина: в украшениях мог быть спрятан яд.