Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

— Уж не слуховые ли галлюцинации от напряжения? А, может, здесь есть еще какой-то выход, никому неизвестный?» При этой мысли он пополз по-пластунски в направлении звуков.

В голове снова заметалась мысль: «Чем же это он может издавать такие звуки? В помещении ничего нет».

Тут Измайлов вспомнил о фонарике. Поднял его над собой — яркий луч выхватил на противоположной стене потускневшие образы святых апостолов. И тут от неожиданности он замер: один из святых — самый крайний — медленно двигался!

Раздались выстрелы.

Лейтенант выключил фонарик и покатился по полу, — решил сменить позицию."

"Измайлов сразу не мог толком понять происходящее. В памяти всплыли рассказы о таинственности монастыря, о появлении гроба на колокольне в ночное время, о привидениях на кладбище, о чудесах исчезновения атамана Мефодия и гибели красного разведчика в этом храме.

«Ерунда все это», — мысленно сказал себе Рафкат, скорее взбадривая себя, чем опровергая услышанное.

Измайлов был уже близок к разгадке увиденного, когда хлопнула сзади дверь. Он оглянулся, направив туда луч фонаря.

Это было его ошибкой: он невольно осветил себя и дал возможность противнику прицельно выстрелить.

Звук выстрела слился с пронзительной болью в теле. В помутившемся сознании пронеслась горькая мысль: «Неужели снова прошляпил? Неужели проиграл? — И, страх совсем улетучился, оставив место равнодушию. — Так глупо все получилось, а главное — бесполезно. Бесполезно, говоришь? — Измайлов встрепенулся. — Ну нет! Эту сволочь я должен достать. Должен». Он собрал все свои силы. Поднялся и, покачиваясь, сделал несколько шагов.

Вдруг в глаза ударил пучок света. Свет струился почему-то из-за стены, точнее, из невесть откуда образовавшегося проема в стене, на которой были изображены печальные лики двенадцати апостолов.

«Значит, один из апостолов скрывает вход в тайное убежище, — мелькнула в затуманенном сознании догадка. — Вот как исчезал атаман Мефодий!»

Измайлов не слышал голоса Денисова, который крикнул ему: «Ложись!» Он не стал прятаться — знал: тогда не хватит сил подняться и дойти до цели. А он очень хотел дойти. Предчувствуя, что в него будут стрелять, Рафкат поднял слабеющей рукой оружие и выстрелил в проем.

Грянул ответный выстрел — его толкнуло в грудь.

«Вот и все, — почему-то отчетливо пронеслось в сознании лейтенанта. — Убит. А как же мать?! Ведь она не переживет! Ой, мама! Прости меня. Я не подумал о тебе. Но я иначе не мог. Мама...»

Он дошел до стены и упал в зияющий проем. До гаснувшего сознания донесся женский визг: «Женщина?.. Откуда она здесь?.. Ах, это мама... Мама моя... Не плачь, родная...»

Измайлов уже не почувствовал, как упавшая сверху толстая решетка, похожая на большие вилы, пронзила его тело — он был мертв.