Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

 — Она посмотрела бумажку на свет и продолжила свои предположения: — А может, здесь была обусловлена встреча у казанского кремля? Скажем, в час дня третьего числа?

— А может, встреча в первый день третьей недели? — робко заметил Аскар Хайретдинов. — Ведь сегодня уже 22 июля. Бумажка-то совсем свежая, в кармане не затаскалась.

Брауде глубоко затянулась, выдохнула дым и сказала:

— Если он приезжий, то это может быть и почтовым адресом, а точнее — явки. Видишь, — обращаясь к Хайретдинову;— цифры расположены на правой стороне Спасской башни, а по этой стороне, как известно, берет свое начало Воскресенская улица. — Она достала из кармана сложенную карту города и склонилась над ней. — Значит…

Но тут она замолчала и по лицу ее пробежала тень озадаченности:

— Но тут первые дома — казенные учреждения…

— А может, первая цифра означает не почтовый номер дома, а просто первый жилой дом к кремлю, то есть самый ближайший к нему, — высказал предположение Хайретдинов. — Или же третий дом и первая квартира.

Ближайший первый дом по правой стороне улицы, — глядя на карту, заговорила Брауде, — это дом с проходным двором и сквозным коридором.

— Это, кажется, тот самый дом, во дворе которого в этом году было совершено убийство, — заметил молодой контрразведчик."

"— Тот самый, — подтвердила Брауде. — И он очень удобен для разведчика; легко бежать из него, ибо труден для блокирования. — Она резко выпрямилась: — Немедленно всем на Воскресенскую! Первый дом нужно наглухо блокировать, третий — вдруг явочный дом значится под этим номером — взять под усиленное наблюдение!

Машина губернской чека мчалась так быстро по улицам и так натужно завывала на подъемах, что казалось, вот-вот она рассыплется, и сидевшие в кузове чекисты судорожно хватались на поворотах за ее борта. А вплотную у заднего борта лежал труп с открытыми глазами, в которых блуждали какие-то тени. Щеки мертвеца, еще не одеревеневшие, вздрагивали, как у живого, на ухабах, и молодые сотрудники чека, сторонясь его, старались не смотреть назад. Труп нужен был для опознания: ведь именно у него обнаружили в кармане бумажку с ребусом.

Машину остановили неподалеку от Пассажа. И когда дом был окружен, разыскали дворника; он сообщил: в третьей квартире живет разбитная молодушка, работает в военном госпитале. Зовут ее Акулина. частенько дома по ночам не бывает: дежурит в госпитале. Мужа замещают два бугая (он у нее в больнице), наведывается к ней толстый губошлепистый большевик со строгим деловым видом, который работает начальником в губкоме партии, да молодой повеса, вроде как из бывших офицеров.

Когда постучали в дверь к медсестре, в прихожей квартиры послышался шорох. Но дверь никто не открывал. На настойчивый стук наконец отозвался женский голос.