Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

А в Кадиевке секретарь Рун… Руц… Рунцхаймер командует. А в Таганроге — Брандт. Еще сказал, чтобы я недельку отдохнул, а потом назад в Малоивановку возвращался. Если понадоблюсь, он меня оттуда письмом вызовет. Или опять кого-нибудь за мной пришлет.

— А что, в Кадиевке негде тебя пристроить?

— Почему негде? Я там два дня у одной женщины жил. У той, которая в Малоивановку за мной приходила. Тетя Аля ее зовут. Она с бабкой живет. Комнатка у нее маленькая. Я там на полу спал. Она мне говорила, что дядя Леня ей жизнь спас.

— Почему же он тебя у нее поселить не хочет?

— Кто его знает. Ему виднее.

— И то правда. Ему действительно виднее, — вздохнул Потапов. Потом, спохватившись, спросил: — Ты деньги-то не забыл ему передать?

— Передал все полностью, — хмуро сказал Виктор, поднимаясь с табуретки.

— Неужто опять обиделся?

— А чего зазря спрашивать, будто я забывчивый?

— Знаю, что не забывчивый, а для порядку спросить обязан. И не к лицу тебе на старших губы дуть. Твое дело отвечать, а мое спрашивать. Я ведь про все знать должен. И не серчай, ежели что не так. Я же на тебя не сердился, когда ты в санатории по лягушкам стрельбу открыл.

— Да я не сержусь, Владимир Иванович! Я, наоборот, довольный очень.

— А рана не беспокоит?

— Не-е. Я про нее забыл, про рану-то. Совсем не болит.

— Ну, тогда рассказывай, что на той стороне наблюдал. Как немцы?

— Пушек у них меньше стало. Раньше-то, когда мы с Леонидом шли, считай, за каждым пригорком стволы торчали. А сейчас нет. Позиции для пушек понарыты, да так и стоят пустые. Редко где батарею увидишь. И танков тоже не так густо, как раньше… Только в Алчевске на краю города я их видел. Девять штук насчитал. Они там недалеко от дороги выстроились. Там же и зенитные пушки стояли — четыре штуки.

Внимательно слушая рассказ паренька, Потапов карандашом делал пометки в своем блокноте. А Виктор спокойно говорил, временами умолкал, чтобы припомнить, и вновь продолжал, будто пересказывая школьному учителю хорошо выученный урок. И лишь когда он заговорил о железной дороге, вдоль которой лежал его путь, Потапов оторвал взгляд от блокнота.

— Я там в кустарник передохнуть присел, устал очень. Пока сидел, эшелонов десять проследовало. К фронту крытые вагоны и платформы пустые шли. А на запад, в сторону Дебальцево, танки везли и пушки, и солдаты, конечно, с ними. А еще между Кадиевкой и Алчевском аэродром немецкий видел. Шестнадцать самолетов там было.

— А какие самолеты? С одним мотором или с двумя? — торопливо проговорил Потапов.

— Это истребители. «Мессершмитты» называются. Я их сразу узнал. Кончики крыльев у них будто обрубленные. А двухмоторных бомбардировщиков ни одного там не видел.

— Молодец! Ты, Виктор, оказывается, и в авиации разбираешься.

— Интересуюсь.