Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Это если не считать постоянной информации, которая носила характер политического шпионажа, о котором вы говорили, но особых трудностей сбор и пересылка ее на Запад для Апостола не составляли.

Другими заданиями «Старцева» не беспокоили. А политический шпионаж доцент не считает преступлением… Раз в год, на рождество, он получал невинную поздравительную открытку от университетского друга. На самом деле, таким образом давали знать о том, что хозяева «Старцева» не забывают об агенте. Сообщали ему о той сумме в банке, которая постоянно увеличивалась: Георгию Рывкину все эти годы платили жалованье, как штатному сотруднику ЦРУ. И вот пришел его черед выступить в качестве агента-боевика. «Старцеву» сообщили, что архив Черного Юриса цел и хранится в тайнике, где-то в районе Луциса. Ему предлагалось любыми путями добыть архив и переправить за кордон.

Дополнительно Старцева извещали, что эта операция завершает его пребывание в Советском Союзе. Апостол сможет выехать вместе со специальным «грузом» на Запад, где его ждет солидное вознаграждение, пост профессора Гарвардского университета и солидный счет в банке. Ценности из кассы верных братьев рассматривались как личный трофей «Старцева». Хозяев Апостола интересовали в первую очередь документы.

— Да, тут было над чем задуматься, — проговорил Василий Пименович.

— И «Старцев» задумался, — подхватил Леднев. — Он поехал в Луцис и стал искать там следы архива, выдавая себя за «московского историка». Он знал об обязательстве, которое дал профессор Маркерт Черному Юрису. Но «Старцеву» не была известна связь между Маркертом и разыскиваемым тайником. До тех пор, пока Апостол не увидел план-чертеж форта номер пять, «Князь Отто фон Бисмарк», в бумагах профессора.

— Как это произошло? — спросил Бирюков.

— По версии «Старцева», они работали вдвоем в кабинете Бориса Яновича. Профессор попросил его освободить от папок с бумагами один из ящиков книжного шкафа. Там Апостол увидел этот план. Он развернул листок и прочитал слово «Малх». Оно было знакомо «Старцеву»… И тут Борис Янович вдруг выхватил листок из рук заместителя. Затем он извинился за горячность, что-то пробурчал неразборчивое и спрятал чертеж в ящик письменного стола. Потому «Старцев» и искал его там, когда забрался ночью в опечатанный кабинет."

"Апостолу стало ясно, что Маркерт знает гораздо больше, чем ему представлялось. Надписи на латинском языке, хотя он видел их мельком, подсказали доценту, что тот на верном пути; это ключ к поискам тайника с кассой и архивом верных братьев.

«Старцев» решает действовать. Он уезжает в командировку незадолго до концерта, на который должны пойти обитатели дома Маркерта.