Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Рейхсфюрер внес незначительные поправки и присвоил себе авторство, громогласно объявив о создании на территории третьего рейха особой диверсионно-террористической организации «вервольф». Формированием ее занимается обергруппенфюрер СС Ганс Прютцман…

— Теперь мы имеем ее в собственном тылу, эту организацию «вервольф»! — слегка повысив голос, сказал Сталин, легонько стукнув сжатым кулаком по краю стола, застланного зеленым сукном. — Но советские солдаты должны воевать, не опасаясь выстрелов в спину… Вы обязаны постоянно заниматься «вервольфом», генерал Вилкс, денно и нощно, сейчас в этом главная наша задача. А вам, — Сталин внимательно глянул в лицо начальника ГРУ так, будто только сейчас обнаружил его присутствие в кабинете, — вам необходимо взять этого хитроумного Гелена на особую заметку. Не спускайте с него глаз!

— Будет сделано, товарищ Сталин, — не по-уставному ответил начальник разведуправления Генштаба.

— И вот еще что, товарищи, — продолжал Сталин. — Вы — разведчики, поэтому обязаны знать и знаете, наверное, больше, нежели члены Политбюро, и я в их числе. Хочу напомнить вам о наших ближайших военных планах, увязывая их с реальной опасностью «вервольфа». Как вам известно, войска Красной Армии вышли на берега Одера и сейчас готовятся к решительному наступлению, цель которого — Берлин. Захват его не только военная, но и политическая акция, важность и значение которой трудно переоценить. С другой стороны, союзники преодолели линию Зигфрида, окружили Рур и вышли на берега Рейна. Мы располагаем сведениями о том, что еще 15 сентября 1944 года генерал Эйзенхауэр сообщил фельдмаршалу Монтгомери следующее.

Сталин взял из папки, лежащей перед ним, листок и прочитал:

— «Ясно, что Берлин является нашей главной целью, объектом, для обороны которого противник, видимо, сосредоточит свои главные силы. Поэтому, мне кажется, нет никаких сомнений в том, что мы должны сконцентрировать всю нашу энергию и ресурсы на быстром осуществлении удара в направлении на Берлин».

— Союзники никогда не оставляли надежд на захват ими Берлина, — заметил Молотов. — На этой идее основывались их политические планы."

"— Но военная обстановка вынудила их отказаться от этого плана, — сказал Сталин, — и первым понял это генерал Эйзенхауэр. 28 марта мы получили от него известие о том, что после уничтожения немецкой группировки, окруженной в Руре, союзники хотят продвигаться не на Берлин, его отделяют от них триста миль, а гораздо южнее — на Эрфурт, Лейпциг, Дрезден, в Южную Германию, к Австрийским Альпам. Генерал Эйзенхауэр считает, что союзникам целесообразнее быстро двигаться в указанном им направлении, чтобы разрезать Германию на две части, соединившись с Красной Армией где-нибудь на Эльбе.