Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

"

"Замедляли собственные успехи в ядерных исследованиях и сами германские физики, хотя их оппозиционное отношение к гитлеризму вовсе не было повсеместным и последовательным, хотя на Западе пытаются со слов немецких ученых-атомщиков изобразить дело так, будто все они без исключения саботировали создание «нового оружия». Скрыл от нацистов свои расчеты атомной бомбы Фриц Хоутерманс, «валял, что называется, дурака» Отто Ган, отказался работать в «урановых группах» Макс фон Лауэ. А вот Вернер Гейзенберг, возглавлявший коллективы талантливых физиков в Лейпциге и Берлине, работал не за страх, а за совесть, если можно назвать совестью чувства, ради которых он и его коллеги служили маниакальным идеалам гитлеризма.

Вернер Гейзенберг активно пропагандировал перед фашистскими бонзами атомную бомбу. Еще 26 февраля 1942 года он созвал в Берлине теоретическую конференцию, на которую пригласил Мартина Бормана и Генриха Гиммлера, а также Геринга, Кейтеля, Шпеера. Вот что говорится в протоколе совещания, это подлинные слова из доклада Гейзенберга:

«Если удастся сложить уран-235 в единый кусок, достаточно большой для того, чтобы количество нейтронов, улетающих вовне через его поверхность, оказалось значительно меньше числа нейтронов, размножающихся в толще куска, количество последних чрезвычайно возрастает за очень короткое время. И тогда вся энергия расщепления урана, равная 15 миллионам миллионов больших калорий на тонну, высвободится за малую долю секунды. Поэтому-то уран-235 и должен оказаться взрывчатым веществом невообразимой силы».

Эти научные авансы первого атомщика рейха повлекли за собой дополнительное финансирование ядерных исследований, все сотрудники ядерных лабораторий получили освобождение от службы в вермахте.

Спустя короткое время, а именно 4 июня 1942 года, на втором совещании по вопросу создания принципиально нового оружия присутствует министр вооружения Альфред Шпеер. Его сопровождают генералы фон Лееб, Фром, адмирал Витцель и заместитель Геринга по «люфтваффе» фельдмаршал Мильх. И физик Вернер Гейзенберг впервые произносит имя нового оружия — атомная бомба.

На вопрос фельдмаршала Мильха, смогут ли бомбардировщики ВВС Германии поднять в воздух новую бомбу такой мощности, чтобы она стерла с лица земли город с миллионным населением, скажем, Лондон или Ленинград, главный атомщик Третьего Рейха поднимает в экстазе руки над головой и восторженно восклицает:

— Позвольте, господин фельдмаршал, но эта бомба всего лишь размерами с ананас!

Это заявление вызвало бурный восторг среди военных и промышленников. Осторожный Альфред Шпеер тем не менее официально запросил Главное управление имперской безопасности о возможных работах в этой области в странах антигитлеровской коалиции.