Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Вскипятила чай с листьями земляники и собралась на озеро мыть посуду, когда услышала в хижине какую-то возню.

Она бросилась туда со всех ног.

Липатов лежал на боку. Покрасневшее лицо было покрыто крупными каплями пота. Увидя Зину, он сдержал стон и попытался закрыться сползающим одеялом.

— Что с вами? — Зина помогла ему повернуться на спину. — Вы хотели встать?

— Ф-фу! — с трудом выдохнул Липатов, бессильно опускаясь на подушку. — Хотел встать… не смог."

"— Ну зачем же так. Для чего вы себя мучаете? Если вам что-нибудь нужно, позовите меня, я буду все время здесь, рядом. Вам совсем не нужно вставать.

— Вы так думаете? — сердито буркнул он.

— Ну, конечно. Что вам нужно, скажите мне, я все сделаю.

— Хм… Тогда принесите, пожалуйста, мою одежду.

Зина собрала высохшее белье.

— Давайте я помогу вам одеться.

— Я сам, — упрямо возразил Липатов.

— Но вам трудно самому.

— Ничего, я попробую.

— Вы уже пробовали встать.

— Еще раз попробую.

— Почему вы не хотите, чтобы я вам помогла?

— Да потому, что мне нужно не только одеться… мне, может, понадобится выйти отсюда.

— Это зачем?… — удивилась Зина.

— Ну, зачем, зачем… — с досадой бросил Липатов.

Зина тут же смущенно прикусила губу. Быстро выскочила в кладовую, вернулась с берестяным ведерком и поставила его под лежанку.

— Вот! — заявила она покраснев, но упрямо выдерживая негодующий взгляд Липатова. — Послушайте, почему вы считаете, что должны меня стесняться больше, чем я вас. Вы больны, вам нужна помощь, и все-таки вы придерживаетесь тех дурацких предрассудков, в которых любите упрекать нас, женщин.

— Но я мужчина… — начал было Липатов. Зина перебила его: — Для меня вы прежде всего человек, нуждающийся в помощи.

— Ну, а вы для меня все же не медсестра. И знаете, давайте закончим этот спор, — заключил резко Липатов. — Я не буду одеваться, я буду лежать так. Пожалуйста, положите белье мне на постель.

С обиженным видом Зина выполнила его просьбу.

— Не сердитесь на меня, — сказал Липатов уже мягче. — Пусть с моей стороны это предрассудок, условность и так далее. Но согласитесь, человек отличается от животного, кроме всего прочего, главным образом наличием вот этих самых предрассудков и условностей, — он слегка прикоснулся к ее руке и улыбнулся.

Сдержанная улыбка осветила его лицо, на какое-то мгновение оно потеряло сбое холодное выражение.

— Вы знаете, я, пожалуй, немножко бы поел.

Липатов нашел верное заключение неприятного разговора. Зина тут же захлопотала у стола, принесла чашку гусиного бульона. Липатов послушно дал накормить себя с ложки. Потом устало закрыл глаза.

— Благодарю, очень хороший суп.

— Без соли, — добавила Зина.

— Да, соли можно было бы прибавить, — согласился Липатов.

— Нету соли, — вздохнула Зина.