Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Трясущимися руками вложила листок обратно в конверт и прошептала еле слышно:

— Такое же письмо прислал перед отъездом его отец…

…Днем в тайге было тихо.

Вечером поднялся ветер. Ночью он неожиданно перешел в бурю.

Тайга взволновалась, зашумела. С диким разбойничьим свистом буря мчалась над вершинами деревьев, ломая сучья и швыряя их в базальтовые стены провала.

Черное небо освещали беззвучные вспышки молний.

Тяжелая стальная птица, надсадно гудя моторами, слепо пробивалась сквозь мятущуюся мглу. Свирепые порывы ветра бросали ее из стороны в сторону, клонили на крыло. Но, послушная рулям, она выправлялась и упрямо продолжала свой опасный путь.

Куда она мчалась, зачем?

В той стране, над которой она летела, никто этого не знал…

Осатанелый визг турбореактивных моторов на секунду проник в провал. Зина проснулась, подняла голову и не услышала ничего, кроме далекого воя непогоды…

На рассвете буря утихла. Тучи исчезли. Небо вновь стало голубым и прозрачным. Березовый листок, сброшенный с обрыва последним дуновением ветра, долго плавал в воздухе и наконец медленно опустился на спокойную воду озера.

Часть седьмая

ВДВОЕМ

Первый подснежник

Утро.

Зина уже проснулась, хотя глаза ее и закрыты.

Мягкие отблески света, отразившись в зеркале стенного шкафа, дрожащим пятном ложатся на светло-зеленую эмаль потолка.

Вместе со светом в окно через раздвинутые створки вливается свежий — несравнимый с пыльным воздухом городов — ароматный воздух тайги. Высоченный кедр за окном тянет в комнату могучую лапу, как бы приглашая выйти к нему в лес, на берег озера.

В длинном — полукругом — коридоре пусто. Отдыхающие еще спят Толстая нянечка в белом халате сидит за столиком и дремотно покачивает головой. Пушистая тканая дорожка, бегущая по коридору, заглушает звуки шагов.

Выходная зеркальная дверь открывается также бесшумно.

Солнце только поднялось, оно еще где-то там, за высоким гребнем скалы. Стеклянная чаша неба опрокинулась над озером, отражаясь в спокойной воде. На просторной площадке, длинным полуовалом примыкающей к зданию, расставлены удобные скамейки. Посредине огромная — в два метра — ваза.

Вниз ведут две лестницы. Они также заканчиваются площадками, на которых стоят вазы. С площадок опять спускаются по две лестницы, и к берегу сбегают уже четыре ручья пологих ступенек, сложенных из черного шлифованного базальта.

И только подойдя к самому берегу озера и обернувшись назад, можно окинуть глазами все здание.

Три этажа, тремя полукольцами возвышаясь один над другим, примыкают к гранитной стене провала. Верхнее, самое малое полукольцо, покрывает остроконечная, многоскатная крыша, — от этого кажется, что все здание находится под ветвями громадной ели.