Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Будущее представлялось таким же безоблачным: у дяди Вити, конечно, нашлась бы для нее подходящая работа.

И кто знает, все это, возможно, свело бы на нет суровую закалку отца и дяди Димы… если бы не случайное стечение обстоятельств, которое принято называть судьбой…

Дядя и племянница

Стоя перед зеркалом, Зина укладывала в кольца толстую каштановую косу.

В комнате было жарко и душно. Солнечные лучи, проникая сквозь опущенные шторы, наполняли комнату золотистым сиянием. Обстановка ее лишний раз напоминала о том, что хозяин — состоятельный человек и любит красивые вещи. Красивых вещей было много — картины, хрусталь, фарфоровые и бронзовые статуэтки. Однако, вместе взятые, они не создавали пестроты, комната не походила на антикварный магазин, как это часто бывает.

У дяди Вити имелось чувство меры и хороший вкус — этого Зина не могла отрицать.

Вон в углу, на ажурной подставке из бамбуковых жердочек стоит его вчерашнее приобретение — фарфоровая Диана.

Закалывая волосы шпильками, Зина разглядывала и соглашалась с дядей Витей — статуэтка была прекрасная. Талантливый ваятель изобразил Диану в тот классический момент, когда, разгневанная нескромным Актеоном, она посылает на него собак. В ее фигуре было столько величественной грации и непонятного очарования, что Зина, вспомнив древнегреческую сказку, невольно оправдала несчастного Актеона — на Диану можно было заглядеться. Наказание казалось чрезмерным, богиня охоты была царственно-жестокой, но это не делало ее менее прекрасной.

Восхищаясь Дианой, Зина, естественно, не забывала разглядывать в зеркале и свое отражение. Ее одежда сейчас мало чем отличалась от легкого одеяния богини охоты, для полного декоративного сходства не хватало только короткого копья в правой руке. Зина взяла с чертежного стола рейсшину, вернулась к зеркалу, попробовала стать в позу… и, смутившись, рассмеялась.

— Тоже мне Диана! Дурочка кокетливая!

Она показала себе язык… и быстро обернулась."

"В открытых дверях стоял здоровенный мужчина в просторном парусиновом пиджаке и сапогах. Его темные глаза с улыбкой разглядывали Зину. Однако на Актеона он никак не походил: щеки его и подбородок покрывала густая, окладистая борода. Скорее всего он напоминал традиционного купца из пьесы Островского.

Зина запоздало ахнула, выронила рейсшину и помчалась в свою комнату, сверкая белыми коленками.

Мужчина расхохотался ей вслед.

Услышав его смех, Зина тотчас высунулась из-за дверей. Несколько секунд вглядывалась, как бы не веря глазам.

— Дядя Дима! — наконец догадалась она.

Мужчина продолжал смеяться, расправляя горстью дремучую бороду. Зина погрозила ему пальцем.

— Как тебе не стыдно, дядя Дима. Подожди, я сейчас оденусь.