Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Я попробовал записать все, что он говорил… Потом дал ему успокаивающее, и он уснул. Вскоре мне позвонил шеф полиции… Поймите меня, О’Патли, я не мог сказать «нет», половина персонала больницы видела, как я принял больного… через пять минут Баркета увезли.

Доктор замолчал.

— Покажите, что вы записали, — попросил О’Патли, Медленно расстегнув пиджак, доктор полез во внутренний карман. В это время в кафе вошел мужчина в мягкой серой шляпе, сдвинутой на лоб. Правда рука его была засунута в карман широкого пальто. Он оглядел немногочисленные посетителей и остановил свои нагловатые, навыкат, глаза на докторе. Тот невольным движением опустил книжку обратно в карман.

— Кто здесь доктор? — спросил мужчина.

— А в чем дело? — насторожился О’Патли.

— Там на улице какая-то женщина его ищет. Ей сказали, что доктор здесь, — не дожидаясь ответа, мужчина повернулся спиной и подошел к буфетной стойке.

— Подождите, О’Патли, — сказал доктор. Он вышел на улицу и через минуту вернулся. — Мне придется покинуть вас. Там пришла работница с завода. У нее дома что-то случилось с ребенком.

— Может быть, вас проводить?

— Не нужно, — возразил доктор. — Меня здесь все знают, в Портовом Пригороде я везде как дома.

— Тогда дайте мне вашу книжку, — шепнул О’Патли, — Вы ничего не поймете, — там написано по-латыни. Подождите меня, я постараюсь скоро вернуться.

Мужчина в серой шляпе выпил у стойки кружку пива и вышел следом за доктором, по-прежнему не вынимая руки из кармана пальто.

О’Патли нагнулся к окну. Высокая сутулая фигура доктора, следуя за женщиной, закутанной в темную шаль, промелькнула в полосе света и исчезла в улице, которая, как глухое темное ущелье, уходила вдаль, к порту.

Доктор был прав. Его рассказ испортил настроение и заставил О’Патли задуматься.

Редактора «Рабочей газеты» давно уже интересовала загородная клиника, построенная на деньги военного фабриканта Эксона неизвестно для чего и занимающаяся неизвестно чем. Ее мирное название не успокаивало О’Патли.

Завоеванный дорогой ценой мир нужно было защищать. Редактор считал это своей главной задачей. Маленькая «Рабочая газета», ограниченная жестокой цензурой, в меру своих сил разоблачала темные махинации заводчиков и биржевиков, которым все еще снились сверхприбыли военного времени.

Но десятки срочных, по мнению редактора, более важных вопросов мешали ему заняться клиникой. Сейчас он думал, что, пожалуй, зря не зачислил клинику в разряд срочных неотложных дел и не занялся ею раньше.

…Доктор не возвращался.

Какая-то смутная тревога начинала овладевать О’Патли. Он вертел в руках стакан и с нетерпением поглядывал на темное окно. Неровные массы домов тяжелыми гранитными глыбами нависали над улицей, погруженной в темную южную ночь.