Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Справа, почти рядом с дверью — высокий оцинкованный прилавок За прилавком стеклянный шкаф с бутылками и холодными закусками.

Между шкафом и прилавком поместился буфетчик: толстый, заросший бурой щетиной.

За исключением бурой щетины, внешность буфетчика ничем не примечательна. Некоторую оригинальность его облику придавала укрепленная на левом ухе черная эбонитовая крышечка — усилитель звука для глухих. От чашечки вниз к карману, где полагалось лежать батарейке усилителя, спускался разноцветный плетеный электрошнур.

Сунув руку в карман и перебирая толстыми пальцами концы шнура, буфетчик стоял, прислонившись к сточке.

Маленькие глазки его утонули в лохматых надбровьях, и не сразу можно было разобрать, куда они глядят Поглядывал он в сторону углового столика, за которым сидело четверо мужчин, судя по костюмам, — рабочих завода судовых дизелей.

Перед рабочими на столике лежала газета, маленькая, напечатанная неровным сбитым шрифтом. Она ничуть не походила на солидные издания правительственных газет, но, очевидно, в ней напечатано что-то интересное, что заставило рабочих после тяжелой смены собраться здесь за столиком кафе.

Газету читал вполголоса рабочий в темно-синем комбинезоне электрика. Вероятно, он уже не раз читал эту статью, последние строчки он произнес на память, глядя не в газету, а на своих молчаливых слушателей.

— «Дело будущего мира в наших руках!» Верная статья, нашим хозяевам невыгодна мирная политика. Ничто не дает им столько денег, сколько они загребают на военных заказах.

— Послушай, Марти, — обратился к читавшему газету другой рабочий, — но при чем тут мы? Ведь наш завод теперь не работает на войну.

— Ты в этом уверен? — спросил Марти. Он сложил газету и наклонился вперед над столом с видом человека, который собирается сказать что-то секретное. Головы рабочих с готовностью приблизились к нему. Однако Марти оглянулся ни буфетчика и выпрямился.

— Признаться, я никогда не видел у буфетчиков приличных рож, — заметил он. — Но физиономия этого мне особенно не нравится.

— Так он же глухой, как пень! — сказал кто-то.

— Кто его знает, — продолжал Марти. — Помните, как у нас сорвалась стачка в прошлом году. Я до сих пор не могу понять, как полиция могла о ней пронюхать. Пожалуй, друзья, нам лучше поговорить на улице.

В это время открылась входная дверь. На пороге появился мужчина в мятом костюме, галстуке, висевшем поверх пиджака. Ухватившись за дверной косяк, он прищурился от яркого электрического света.

— А, Марти! — закричал он, увидев рабочего в синем комбинезоне. — Здравствуй, Марти!

Он улыбнулся, сверкая стальными зубами, и с подчеркнутой, обычной у пьяных, осторожностью попытался пройти между столиками.