Компаньонка

Элеонора положила ладони на манишку его рубашки. Дотронувшись до него, она услышала тихий, низкий стон. Сознание того, что она способна простым прикосновением оказать на него столь сильное воздействие, заставило ее почувствовать себя почти волшебницей.

Она скорее догадалась, чем увидела, что его пальцы стискивают прутья перил, и в следующую секунду его губы приникли к ее губам."

"Ее голова закружилась от эмоций. Она знала, что если бы она сейчас вырвалась из его рук, она сожалела бы об этом до конца своих дней.

Ее руки поднялись и обняли его за шею. Он тут же навалился на нее и прижал своим возбужденным телом к перилам. Он не отпускал прутья, словно только это и могло удержать их обоих сейчас на земле.

— Элеонора, — прошептал Артур, глубоко вздохнув, — мой разум подсказывает мне, что это не слишком хорошая идея. Но я, кажется, больше не способен прислушиваться к нему.

— Помимо логики, в мире есть и другое, сэр. — Она улыбнулась: — И не менее важное.

— До сегодняшнего вечера я не верил в это. Он снова поцеловал ее, на сей раз гораздо крепче. Она с готовностью ответила, приоткрыв губы и запустив пальцы в его темные волосы.

Он оторвал руку от перил и стал расстегивать лиф ее платья. Лиф поддался с шокирующей легкостью. Когда Элеонора ощутила его ладонь на своей груди, удивление ее перешло в удовольствие. Странное, необычное напряжение возникло где-то внутри. Она услышала свой хриплый стон.

Артур поднял голову и посмотрел на ее грудь, которую он покачивал в ладони.

— Какая прелесть! — Он обвел ее сосок большим пальцем. Ей захотелось потрогать его столь же интимно. Она принялась расстегивать ему рубашку. Артур что-то пробормотал. Она не смогла разобрать слов, но поняла, что он не возражает.

Когда рубашка была расстегнута, пульс Элеоноры резко участился. Кончиками пальцев она коснулась его обнаженной груди, ощутив тугую кожу и упругие волоски.

Не в силах сопротивляться искушению, она поцеловала его в шею, затем в плечо.

По телу его пробежала дрожь.

Это вдохновило Элеонору, ее ладонь скользнула ниже по мускулистой груди и остановилась у пояса брюк.

Он издал звук, который напоминал стон и одновременно сдавленный смех, и поймал ее руку.

— Мы играем с огнем, — произнес он. — Я редко предаюсь подобному виду спорта. Но сегодня, чтобы почувствовать, как в нас загорается пламя, есть смысл рискнуть.

Она не была вполне уверена, что именно он имел в виду. Но прежде чем она успела спросить его об этом, он оторвал другую руку от перил и прижал Элеонору к груди. Затем, подхватив на руки, он быстро понес ее через комнату и опустил на ковер перед камином. Раньше чем она успела что-то сообразить, он опустился рядом с ней.

Обнимая и покачивая ее левой рукой, другой он нетерпеливо поднял ее юбки.