Комбинация

— Мы?

— Ты думаешь я один работал над этими бумагами? — улыбнулся царевич с каким-то даже жалостливым видом что ли.

— У тебя, кстати, обозы тоже не расписаны, как и артиллерия с кавалерией.

— Потому что я их не расписывал. Их штаты невозможно утвердить, не зная, какой будет подвижной и конский состав.

— Ясно… — кивнул Петр, закрывая папку и передавая Меншикову. — Сейчас не время, но я подумаю.

— Дельно хоть? Или муть?

— Любопытно. Есть над чем подуматься…

Глава 4

1700 год, май, 2. Москва

— Ты смерти моей хочешь⁈ — воскликнула Наталья Алексеевна.

— Наташ, надо. Очень. — продолжал настаивать Петр.

— Ты это Дуньке скажи — что надо! А то вон — родила не сына, а дочку. И сам старайся! И не по гулящим девкам, а с женой!

— Ты тоже часть царской семьи!

— Я не хочу идти за него замуж! — настойчиво воскликнула царевна, указывая чашечкой кофе на портрет Фридриха Вильгельма герцога Мекленбургского.

— Я ему уже пообещал!

— Вот пообещал, сам за него и выходи!

— Не дерзи!

— Не дури!

— Ну ты посмотри какие щечки! — подойдя к портрету произнес царь, погладив по рисованной мордашке. — Наливные! Будешь там у него как сыр в масле кататься!

— Ты меня увещеваешь тем, что я голодать не буду? — ошалела Наталья Алексеевна. — В своем ли уме⁈"

"— Да причем тут это⁈ — разозлился Петр. — Мне нужен союз с Мекленбургом. России он нужен. И только ты в силах в этом помочь. Ну и дом наш поддержать, чтобы не пресекся. Сама видела, как может получится.

— Софья сама дура!

— Да причем тут Софья? А другие наши сестрицы? Тоже сами дуры? Их же вырезали, не моргнув и глазом. Как и племянниц. Оттого и мыслю — надо, чтобы и у тебя дети были. И желательно, чтобы они жили не в России. А то нас тоже так же бояре накрыть могут. Али забыла, как бегала с племянником от заговорщиков? В следующий раз можешь не убежать. Да и я сам из Преображенского посреди ночи убегал. А ведь все могло иначе сложиться и тогда, когда мы малые были, тоже иначе…

— На кой тебе этот Мекленбург сдался? — устало вздохнув, спросила Наталья Алексеевна. Царь задел ее за живое. У них у обоих из-за стрелецкого бунта 1682 года имелась психическая травма и очень болезненная реакция на всякого рода заговорщиков.

— Я пообещал Фридриху Вильгельму поддержать его для предотвращения раздела герцогства. Выдав тебя за него, чтобы был веский повод вмешаться в случае чего. В ответ он пообещал войти в наш с Данией и Саксонией союз.

— Толку то с него? У Мекленбурга сильная армия?

— Не так, чтобы сильная, но она есть. И если объединится с датской и саксонской, то сумеет немало их усилить. Да и вообще для полноты картины нам нужно после только Бранденбург втянуть в союз.