Комбинация

Вот и нервничал царь, не зная, как реагировать на деятельность царевича, не понимая — соврал патриарх или сказал правду.

Вот и изматывал Петр Ромодановского расспросами об Алексее и Адриане, пытаясь понять — что это за игра и куда его пытаются втянуть. А главное — зачем?

Но дело решил случай.

Простой случай…

Алексей вошел к отцу, который возился с бумагами. Чего он обычно делать не любил. Но приходилось по крайне мере часть корреспонденции разбирать лично.

— Что-то случилось?

— Получилось! — воскликнул царевич радостно.

— Что получилось? — удивился царь.

— Я в мае сговорился со Львом Кирилловичем о том, чтобы он кое-что опробовал у себя на заводе. И у него получилось!

— Что же у него там получилось?

— Печь для быстрого передела чугуна в доброе железо. Теперь можно будет большую часть чугуна в него переделывать быстро, много и дешево.

— Погоди, — поднял в руку царь. — Я правильно тебя понимаю? Ты в мае предложил Льву Кирилловичу новый способ переделки чугуна в железо. Быстрый и дешевый. Удуманный тобой. И он заработал?

— Да. Вот и письмо, — протянул листок царевич.

Царь принял его. Развернул. И начал читать.

Сын же фоном продолжал пояснять.

— В этом деле пока, правда, масса сложностей. И не каждый чугун можно переделать. Но опыты продолжаются. Я ему отписал, чтобы попробовал с футеровкой поиграть. Подобраться подходящую. Но и без этого Лев Кириллович уже заложил разом полсотни таких печей. А мне обещано десятая доля от всего произведенного в них железа. В металле или монетой. Ты говорил, что кирасы и шлемы слишком большая нагрузка для казны. Вот я и хочу, пустить свою долю в то, чтобы хотя бы лучшие полки оказались добрым образом снаряженные."

"Петр молча дочитал письмо.

Отложил его.

И посмотрел на сына.

— Что-то не так? — спросил Алексей, для которого такое поведение отца выглядело странным.

— Сынок, зачем тебе это?

— Как зачем? Чтобы хотя бы старые полки одеть в доспехи.

— В Европе так не делают.

— Я слышал, что сие от жадности и глупости проистекает. Но мы же не Европа. Мы же лучше.

— Ты же понимаешь, что это звучит не убедительно?

— А что ты хочешь услышать? Ты же и без меня знаешь, что кираса и шлем много укрепляют солдата. Его становится сложнее поразить багинетом ли, шпагой ли, пикой ли и прочим. Существенно сложнее. Я могу понять — дорого. Но я нашел деньги. Почему же это звучит неубедительно? Ты не хочешь усилить самых преданных тебе людей?

Петр промолчал.

— Если я делаю что-то не так — то так и скажи. — нахмурившись произнес Алексей.

Петр снова промолчал, смотря на сына с задумчивым видом.

— Ну хорошо, — с раздражением выдавил из себя царевич.

Выдохнул сквозь зубы не то с шипением, не то со свистом каким-то.